Глава 46. Смертельная угроза в школе (Первый запал премьеры книги, сегодня пять глав!)

Ещё до выхода Чэнь Муе и остальные особо предупредили Линь Цие, чтобы тот внимательно следил за всем и пустил в ход свои способности.

Поскольку заражённых этим мифическим существом людей по внешнему виду отличить было невозможно, оставалось искать другие способы распознавания. Линь Цие, единственный среди них обладатель Запретных руин духовного восприятия, естественно, играл ключевую роль.

Как Линь Цие и думал, его глаза серафима позволяли распознать заражённых.

Сейчас в поле его духовного восприятия Лю Сяоянь представала чудовищем из плоти и крови в человеческой шкуре: она искусно управляла этой телесной оболочкой и совершенно естественно перешёптывалась с соседкой по парте.

И в этом классе, кроме Лю Сяоянь, находился ещё один заражённый.

Тоже девушка. Линь Цие почти не помнил её — из тех неприметных учениц, что ничем не выделяются в классе; её звали Хань Жожо.

В эту минуту она украдкой что-то строчила, а затем обернулась и передала записку сидевшему позади парню.

Сидевшего позади неё парня Линь Цие тоже знал, и даже неплохо...

Лю Юань.

Лю Юаня, который в своё время толкнул его навстречу призрачноликому, он, разумеется, забыть не мог.

— Сколько их примерно? — вновь раздался в наушнике голос Чэнь Муе.

— Только в моём классе двое. К тому же, когда я только пришёл, специально проверил все классы на этом этаже: только здесь... около шести тварей.

— Их... ещё можно спасти?

— Нет, — твёрдо ответил Линь Цие. — Их внутренности уже исчезли, внутри скрываются лишь жуткие сгустки плоти. Даже если убить этих тварей, люди ни за что не выживут. Они... умерли ещё в тот миг, когда их пожрали.

Шесть жертв только на одном этаже. А если взглянуть на всю школу... сколько же тогда погибло людей?

Когда в одной школе одновременно объявляется столько мертвецов, ей практически конец.

А общественный резонанс от случившегося окажется ещё кошмарнее!

Чэнь Муе на том конце долго молчал, прежде чем медленно произнести:

— Я понял... Продолжай наблюдение, не спугни их.

— Принято.

Линь Цие достал тетрадь с ручкой и принялся сосредоточенно слушать урок, словно самый обычный ученик.

Учитель вёл занятие уже минут пятнадцать, когда к двери, тяжело переводя дыхание, подбежал Ли Ифэй и постучал.

— Разрешите войти!

— Ли Ифэй? Ты опоздал. — К таким тёртым лоботрясам учитель особой теплоты не питал.

— Учитель, я брал больничный, у меня справка! — Ли Ифэй помахал запиской, торчавшей из учебника.

Учитель сердито зыркнул на него:

— ...Быстро на место. Если снова завалишь экзамен, вызову родителей.

Ли Ифэй торопливо сел рядом с Линь Цие и, наклонив голову и доставая учебники, вполголоса спросил:

— Ну как там?

— Кое-что выяснил, но полной картины нет, — Линь Цие покосился в окно. — Мне нужна возможность охватить восприятием всех учителей и учеников в школе.

Ли Ифэй оторопел:

— Ты имеешь в виду...

— После этого урока будет церемония поднятия флага. Вот тогда... я смогу составить предварительную картину.

Глаза Линь Цие чуть прищурились.

***

Административный корпус.

— Четыреста три, четыреста три... Четыреста три! Нашла.

Хунъин и Сы Сяонань дошли до кабинета, где работал завуч, и одновременно остановились у двери. Переглянувшись, девушки быстро заняли позиции.

Сы Сяонань с чёрным футляром за спиной встала прямо перед дверью, а Хунъин укрылась в слепой зоне у входа, готовая в любой миг ворваться внутрь.

Сы Сяонань прочистила горло и постучала.

Тук-тук-тук!

После трёх ударов обе девушки затаили дыхание и подождали несколько секунд, однако за дверью стояла тишина.

Хунъин нахмурила тонкие брови и бросила выразительный взгляд на Сы Сяонань.

Сы Сяонань постучала ещё несколько раз, но внутри по-прежнему никто не отозвался.

Хунъин жестом велела Сяонань отступить на пару шагов, сама подошла к двери, достала из кармана тонкую проволоку и аккуратно провернула её в замочной скважине.

Щёлк!..

Раздался негромкий щелчок, и дверь медленно приоткрылась.

За ней оказался пустой кабинет.

Хунъин настороженно шагнула внутрь, тщательно всё осмотрела и, убедившись, что никого нет, с облегчением перевела дух.

— Сестра Хунъин, хозяин кабинета ушёл совсем недавно: чашка ещё тёплая, — дотронувшись до кружки на столе, заметила Сы Сяонань.

— Скорее всего, завуч ушёл на собрание. Выйди он в туалет, вряд ли стал бы запирать дверь, — кивнула Хунъин. — В любом случае сначала обыщем здесь всё, поищем зацепки.

Сы Сяонань кивнула:

— Я покараулю.

Она прикрыла дверь, встала у окна и, достав из кармана изящное маленькое зеркальце, принялась через отражение внимательно следить за обстановкой снаружи.

Хунъин тем временем принялась быстро всё переворачивать: письменный стол, ящики, шкаф с документами, кадку с цветком... Она проверила все мыслимые места, но, кроме вороха бесполезных бумаг, не нашла ничего стоящего.

Вдруг она замерла и принюхалась.

— Сяонань, ты чуешь какой-нибудь запах? — нахмурилась Хунъин.

— А? Вроде нет, — Сы Сяонань тоже принюхалась и растерянно ответила.

Хунъин нахмурилась ещё сильнее. Опустившись на корточки, она пошла по следу едва уловимой вони, пока её взгляд не упёрся в напольную плитку прямо под стулом.

Плитка выглядела чистой, но на ней были заметны следы, словно её уже поддевали.

Достав нож, она с силой загнала лезвие под стык и приподняла край плитки — в лицо тут же шибанула кислая вонь!

Пересиливая смрад, Хунъин остриём ножа осторожно подцепила то, что скрывалось под плиткой. Это была цельная желтовато-бурая эластичная плёнка...

Когда Хунъин расправила плёнку, её зрачки резко сузились!

— Кожа... Это человеческая кожа! — Хунъин резко вскинула голову на Сы Сяонань. — Эти заражённые сбрасывают кожу?!

Сы Сяонань нахмурилась:

— Змея?

— Возможно. Доложи об этом У Сяннаню: быть может, удастся выяснить что-то об этом мифическом существе, — Хунъин торопливо засунула кожу обратно под плитку и вернула ту на место.

Едва Хунъин скрыла все следы своего пребывания, как за окном внезапно грянула музыка, заставив её вздрогнуть от неожиданности!

Услышав знакомый мотив, Хунъин подошла к окну и, глядя на то, как из дверей корпусов во двор стекается всё больше школьников, пробормотала себе под нос:

— Церемония поднятия флага? Неужели во всей Великой Ся для неё одна и та же музыка?..

***

Тем временем Линь Цие и Ли Ифэй медленно спускались по лестнице в шумном потоке учеников.

Ли Ифэй с опаской огляделся по сторонам и прильнул к самому уху Линь Цие:

— Цие, раз ты вступил к ним, значит, у тебя тоже есть та особая способность?

— Угу.

— Чёрт, как же завидно... А что у тебя за способность?

— Духовным восприятием ощущать всё вокруг, что-то вроде того, — уклончиво ответил Линь Цие.

— Значит, ты можешь отличить монстра от человека?

— Могу.

— Тогда... скажи честно, сколько их в нашем классе?

— Двое. Лю Сяоянь и Хань Жожо.

Услышав эти имена, Ли Ифэй, казалось, с облегчением выдохнул:

— Слава богу, хоть не У Шуцзе... Я в неё столько лет тайно влюблён. Превратись она в монстра, я бы до конца жизни ни с кем встречаться не смог.

Линь Цие:

— ...

— А прямо сейчас? Рядом со мной они есть? — с тревогой спросил Ли Ифэй.

— Пятый человек перед тобой. Та девушка — тоже.

— Она? — Ли Ифэй на мгновение задумался. — Из соседнего класса, вроде зовут... Тянь Ли. Её тоже превратили в монстра... Что ж, это не особо удивляет.

Линь Цие оторопел:

— Почему?

Ли Ифэй вскинул бровь:

— Ты разве не заметил? А, ну да, ты ведь перевёлся всего пару дней назад, откуда тебе знать.

— Что заметить?

— Лю Сяоянь, Хань Жожо и Тянь Ли... они ведь живут в одной комнате в общежитии!