Глава 530. Тот, кто стоит за спиной

— Ты сказал, он умрёт. Что это значит?

Линь Цие стоял перед камерой «Тайнозрителя», сжимая прутья решётки одной рукой и глубоко нахмурившись.

Чёрный силуэт с алыми глазами покачал головой:

— В чём именно дело, мне и самому неизвестно.

— Разве ты не способен предвидеть будущее?

— Я могу видеть будущее предмета лишь в пределах одной недели, причём исключительно события, которые произойдут с ним самим. Это вовсе не всеохватное предвидение.

Линь Цие слегка прищурился.

— Ты говоришь правду?

— Клянусь именем Верховного Владыки, которому служу.

— Будущее можно изменить?

— Можно, — едва заметно кивнул чёрный силуэт с алыми глазами. — Моё «Око тайнозрения» — это не предвидение будущего в абсолютном смысле. Оно лишь просчитывает варианты грядущего: если предначертанный путь развития нарушается, будущее тоже меняется вслед за ним.

— То есть если кто-то вмешается, он может остаться в живых?

— В теории — да, но всё далеко не так просто, — чёрный силуэт с алыми глазами провёл рукой по пустоте, и в воздухе из ничего соткалось несколько чёрных нитей. — Всё сущее движется по изначально предопределённому пути. Одни называют это судьбой, другие — роком...

Представь, что эти нити и есть пути судьбы всего сущего. Толщина этих нитей у каждого предмета и у каждого живого существа совершенно разная.

К примеру, у букашки нить судьбы совсем тонкая. Скажем, ей суждено появиться на свет в понедельник, а в воскресенье погибнуть под ногой случайного прохожего. Чтобы вмешаться в её судьбу, достаточно лишь сделать так, чтобы прохожий, которому суждено её раздавить, прошёл на секунду раньше или позже. Цена вмешательства в такую нить судьбы ничтожно мала.

Но чем ближе сущность к пределу этого мира, тем толще нить её судьбы. Ведь каждое её движение способно повлиять на десятки тысяч жизней или даже на законы мироздания. Цена изменения судьбы таких созданий будет колоссальной...

И если сила, вмешавшаяся в судьбу, окажется недостаточно велика, чтобы окончательно поколебать эту нить, мир сам скорректирует мировую линию — и будущее останется прежним.

Выслушав это, Линь Цие погрузился в раздумья.

— Ты хочешь сказать, что мир сам по себе обладает способностью к самокоррекции, и если сила вмешательства в судьбу не соразмерна требуемой цене, то пусть судьба ненадолго и изменится, мировая линия всё равно вернёт всё в изначальное русло?

На этот раз опешил уже чёрный силуэт с алыми глазами.

— Ты... ты и вправду понял?

— Хм? Разве это сложно? — вскинул бровь Линь Цие. — Чтобы изменить судьбу, нужно заплатить цену. По сути, это просто ещё одна форма закона сохранения.

— В своё время, когда та великая сущность поведала мне эту теорию, мне потребовалось немало времени, чтобы постичь её суть, — с чувством произнёс чёрный силуэт. — Как и ожидалось от вас, главврач Линь... Так теперь я могу остаться в этой больнице?

Взгляд алых глаз силуэта был прикован к Линь Цие, и в нём читались неподдельное ожидание и искренность.

Линь Цие ненадолго задумался:

— Можешь. Но у меня есть ещё один вопрос.

— Спрашивайте. Если это не касается того господина, я отвечу на всё.

— Двенадцать лет назад, когда ты явился в Цаннань, что именно ты сделал? — Линь Цие слегка прищурился.

Чёрный силуэт опешил. Поколебавшись немного, он всё же неторопливо заговорил:

— Следуя указаниям того господина, я нашёл маленькую девочку на границе города Цаннань...

— Маленькую девочку?

— Да, лет семи-восьми. Её звали Цзи Нянь.

Услышав это имя, Линь Цие встрепенулся.

Оно было ему знакомо: письмо, найденное в кабинете главврача психиатрической больницы всех богов, было подписано именно так — Цзи Нянь. Судя по всему, она и являлась предыдущим главврачом этой психиатрической больницы всех богов.

— И что потом? — спросил Линь Цие.

— Потом я передал ей письмо от того господина и схему массива.

— Что было в письме?

— Тот господин запретил мне заглядывать в письмо, так что я не знаю, что там написано. Однако... — силуэт запнулся.

— Однако схему массива я видел. Этот массив называется «массив духовной связи Трёх Святых». С помощью трёх божественных артефактов, содержащих силу законов мироздания, он способен на краткий миг сломить оковы пространства и времени, позволяя кому-то из любой точки прошлого или будущего вмешаться и подействовать на всё в пределах массива.

— Три божественных артефакта?

Линь Цие мгновенно вспомнил о тех трёх божественных артефактах, которые в своё время выиграла Цзи Нянь.

По словам наставника Чэня, двенадцать лет назад, после того как Цаннань был стёрт «Обидой Шивы», Ночные стражи откопали под той самой лачугой, где находился Линь Цие, обломки трёх божественных артефактов. И то, что юный Линь Цие сумел уцелеть под силой стирания, скорее всего, было связано именно с ними.

Сопоставив это со сведениями, которые только что поведал чёрный силуэт с алыми глазами, Линь Цие смутно догадался, благодаря чему остался в живых.

Двенадцать лет назад этот чёрный силуэт с алыми глазами, следуя воле великой сущности, которой служил, снизошёл в Великую Ся. Он отыскал предыдущего главврача психиатрической больницы всех богов — Цзи Нянь — и через письмо заключил с ней сделку.

Тогда Цзи Нянь заранее явилась в ту лачугу, тайно начертила под землёй «массив духовной связи Трёх Святых» и поместила психиатрическую больницу всех богов в сознание Линь Цие...

А когда «Обида Шивы» стирала Цаннань с лица земли, «массив духовной связи Трёх Святых» активировался, и та сущность сквозь реку времени вмешалась — из прошлого или будущего — и спасла его от силы стирания.

Затем серафим избрал его, сделав своим представителем.

Огромная божественная сила хлынула в разум Линь Цие, пробудив и сокрытую в глубинах его сознания психиатрическую больницу всех богов. Однако собственная духовная сила Линь Цие в то время была слишком слаба, поэтому первые несколько лет он не мог ощутить присутствие больницы.

Лишь спустя годы, когда его духовная сила возросла настолько, что он смог узреть больницу, события начали развиваться своим чередом.

Получается, Тот, кто стоял за спиной чёрного силуэта с алыми глазами, не просто сохранил ему жизнь под ударом «Обиды Шивы», но и одарил психиатрической больницей всех богов, позволив стать представителем серафима...

Если бы не Он, Линь Цие ни за что не достиг бы нынешних высот. Более того — он сгинул бы ещё двенадцать лет назад, будучи стёртым в небытие вместе со всем Цаннанем.

В этот миг Линь Цие снова вспомнил теорию о нитях судьбы, о которой только что говорил чёрный силуэт.

Если гибель вместе со всем городом и впрямь была его изначальной судьбой, то Тот, кто стоял за спиной силуэта, не просто изменил её — Он переписал его будущее до абсолютно непредсказуемых масштабов...

Какую же цену пришлось заплатить Ему, чтобы совершить подобное?

Зачем Ему это понадобилось?

Линь Цие не находил ответа.

Единственным объяснением, приходившим ему на ум, оставались слова, сказанные чёрным силуэтом в самом начале:

— ...Потому что Он и вы всецело на одной стороне. Даже если весь мир ополчится против вас...

Он всё равно навсегда останется на вашей стороне.