Глава 672. Цао Юань и Ань Цинъюй

— И то верно. Раз пришёл ты, значит, и Цзян Эр здесь, — подумав об этом, Цао Юань немного расслабился. — От неё не исходит жизненных колебаний, так что даже при использовании Запретных руин её никто не засечёт. В таком месте для неё настоящее раздолье...

Взгляд Ань Цинъюя скользнул по Цао Юаню и задержался на цепях, мерцавших призрачным светом. Брови юноши слегка сдвинулись к переносице.

— Эти цепи...

Они пронзали тело Цао Юаня насквозь и заклинивали его кости, намертво сковывая движения. Мало того, призрачное свечение на их звеньях, соприкасаясь с костями, разъедало всё вокруг, точно серная кислота.

Перед глазами Ань Цинъюя этот призрачный свет медленно пожирал тело Цао Юаня, но в то же время из глубин юноши поднимались тонкие язычки чернильно-чёрного пламени: они противостояли зловещему сиянию, не давая ему расползаться дальше.

— Они разъедают мои кости, но текущая во мне ша-ци Чёрного царя сдерживает их. Не помру, — бледный Цао Юань слабо усмехнулся.

— Тебе разве не больно? — нахмурившись, спросил Ань Цинъюй, глядя ему прямо в глаза.

На словах всё звучало просто, но скрывавшаяся за этим мука была далеко за пределами того, что способен вынести обычный человек. Словно кто-то зубилом методично долбил по кости в одном и том же месте, не останавливаясь ни на миг. И главное — эта боль не утихала ни на секунду...

Цао Юань стискивал зубы и терпел это уже почти два года.

— Больно, конечно, — осклабился Цао Юань. — Но других достоинств у меня нет, кроме умения терпеть... Да и не было у меня иного выбора.

Брови Ань Цинъюя сошлись ещё плотнее. Окинув цепи взглядом, он вынул из кармана несколько чёрных скальпелей:

— Я помогу тебе разрубить эти цепи...

— Нельзя.

Цао Юань решительно покачал головой:

— Вестники божьей воли всё ещё здесь. Стоит тебе освободить меня от цепей, они непременно это почуют, и тогда никому из нас не уйти. Ты с таким трудом проник в Чистую землю — у тебя наверняка есть дела поважнее.

— Но ты...

— Не обращай внимания, подумаешь, немного боли. Я терпел целых два года, неужели не потерплю ещё самую малость? — слегка улыбнулся Цао Юань. — К тому же эти цепи непрестанно разъедают кости, а пламя ша-ци закаляет их. Исподволь я чувствую, как моё тело становится всё крепче, да и контроль над «Истреблением Чёрного царя» растёт. Для меня это тоже своего рода совершенствование.

Ань Цинъюй помолчал, затем с горечью произнёс:

— Слишком уж мучительное у тебя совершенствование.

— У меня нет такого острого ума, как у тебя, нет столь выдающегося таланта, как у Цие, и такой удачи, как у Панпана... Если хочешь поспевать за вами, как обойтись без страданий? — с улыбкой покачал головой Цао Юань. — Уходи, не думай обо мне. Занимайся тем, чем должен, а когда придёт время, вернёшься и вытащишь меня.

Ань Цинъюй стоял перед товарищем, долго размышляя, и наконец тяжело кивнул:

— Хорошо. Три дня, дай мне ещё три дня! — В глазах Ань Цинъюя блеснула решимость. — За три дня я обязательно разберусь с этими вестниками божьей воли, а потом вернусь за тобой!

Разобраться с вестниками божьей воли за три дня?

Скажи такое кто-нибудь другой, Цао Юань ни за что бы не поверил. Но если эти слова произнёс Ань Цинъюй... дело принимало совсем иной оборот.

Если Ань Цинъюй сказал, что управится за три дня, значит, так оно и будет.

— Договорились, — кивнул Цао Юань. — Я жду тебя.

Бросив на него прощальный взгляд, Ань Цинъюй решительно развернулся и широким шагом направился к выходу.

Когда тюремная дверь закрылась и камера снова погрузилась во тьму, жуткая боль заставила Цао Юаня стиснуть зубы, но теперь эта мука уже не казалась невыносимой...

Спустя долгое время на его губах появилась слабая улыбка:

— Как же спокойно на душе, когда рядом есть товарищи...

***

— Цинъюй, я перезаписала видео с камер наблюдения, где видно, как ты входишь в камеру и разговариваешь с Цао Юанем, а также удалила журнал посещений. Они не узнают, что ты здесь был.

Голос Цзян Эр прозвучал в Bluetooth-наушнике, и Ань Цинъюй едва заметно кивнул:

— Отличная работа.

— Ты правда уверен, что сможешь за три дня разобраться с вестниками божьей воли в Чистой земле? — В её голосе сквозила неприкрытая тревога. — Каждый из них — грозный боец на пике ранга «Клейн», к тому же наделённый чудовищными способностями, а ты ведь сам ещё на полшага не дотянул до ранга «Безмерный»...

— А кто сказал, что я собираюсь убивать их в лоб? — Ань Цинъюй поправил очки, в стёклах которых отразился мертвенно-бледный свет ламп, и спокойно обронил: — В этом последнем ходе я сыграю по-крупному.

— Я верю тебе.

— Как продвигается извлечение сведений по подопытному номер ноль?

— Всё уже готово, — сделав короткую паузу, Цзян Эр принялась зачитывать внутренние данные Чистой земли о подопытном номер ноль: — «Подопытный номер ноль, настоящее имя — Юдзури Такисиро, тринадцать лет. Сын находящегося в розыске преступника класса „Свирепый демон“ Юдзури Куротэцу, пробуждённый носитель королевской крови во втором поколении. Длительность наблюдений в рамках эксперимента составляет тринадцать лет, два месяца и шесть дней...

16 сентября 101 года Нового календаря: проведён сто тридцать восьмой тест на чистоту королевской крови. По сравнению со сто тридцать седьмым тестом чистота возросла на 0,13%, результаты анализа показывают...

3 октября 101 года Нового календаря: внутривенно введён синтетический гормон шестого поколения бета-класса, показатель духовной силы возрос на 2,82%, результаты анализа...

4 октября 101 года Нового календаря: проявилась побочная реакция на введение синтетического гормона бета-класса — кровавая рвота, землистый цвет лица, потеря сознания. Введён синтетический гормон гамма-класса для принудительной стимуляции физического потенциала; подопытный пришёл в себя в тот же день в 20:14:07...

19 октября 101 года Нового календаря: внутривенно введён вспомогательный синтетический гормон шестого поколения бета-класса...»

Слушая, как Цзян Эр зачитывает отчёт об экспериментах за последние два месяца, Ань Цинъюй хмурился всё сильнее.

— Что эти вестники божьей воли вообще пытаются сотворить с ребёнком?.. Цзян Эр, распечатай мне полный отчёт обо всех экспериментах за тринадцать лет. Я хочу изучить этот проект с самого начала. Посмотрим, какие дьявольские замыслы вынашивают эти вестники, дорвавшиеся до передовых технологий...

— Хорошо.

Когда Ань Цинъюй вернулся в центральный пункт управления, на его столе внушительной стопкой уже лежали распечатанные страницы отчёта — более восьмисот листов.

Пока Ань Цинъюй ходил в тюремный блок, Цзян Эр всё время прикрывала его: она взломала систему видеонаблюдения и стёрла любые следы его присутствия, поэтому остальные вестники божьей воли ни о чём не догадались. Им и в голову не приходило, что в этой Чистой земле затаился захватчик, который день за днём находился прямо у них под носом...

Ань Цинъюй сел за низкий столик, взял стопку отчётов и страницу за страницей принялся внимательно их изучать.

Время шло, удивление во взгляде Ань Цинъюя становилось всё сильнее, пока наконец в его глазах не застыл неприкрытый шок.

— Этот эксперимент... Эти вестники божьей воли что, совсем с ума сошли?!