Глава 809. Сборы приближаются

Несколько дней спустя.

За день до открытия лагеря сборов.

Эхом разносился протяжный гудок: зеленый поезд мчался по рельсам в сторону города Шанцзина.

У огромного квадратного окна, подперев голову правой рукой, лениво сидел юноша. Его взгляд был устремлен на мелькающие за стеклом пейзажи, но мыслями он витал где-то далеко.

В этот момент из-за спинки сиденья высунулась голова мальчика лет шести-семи, и тот со всей силы дернул юношу за волосы.

Поморщившись от боли, юноша нахмурился и обернулся. Мальчишка стоял на сиденье позади него и, с любопытством теребя его волосы, заливался смехом.

— Ты больной?! — в глазах юноши мелькнула ярость.

— Ты чего разорался? — сидевшая рядом с мальчиком женщина встала и смерила его сердитым взглядом. — Ребенок же несмышленый, просто балуется, что такого? Подумаешь, дернул за волосы! Ты чего взъелся?

— Ты...

Юноша уже готов был разразиться отборной бранью, но краем глаза заметил наивное детское личико мальчика на заднем сиденье. Поколебавшись немного, он лишь холодно хмыкнул и отвернулся.

«Скоро уже Шанцзин... Не стоит связываться с сопляком».

Так подумал юноша.

Откинувшись на спинку сиденья у окна, он смотрел на смутные очертания города вдали. Накатило утомление, и он медленно прикрыл глаза...

На заднем сиденье мальчишка поморгал и с хитрым видом снова протянул руку, собираясь опять схватить юношу за волосы.

Внезапно краем глаза он заметил старый рюкзак, который юноша крепко прижимал к груди, и во взгляде ребенка вспыхнуло любопытство.

Воспользовавшись тем, что юноша крепко заснул, мальчик протянул руку, вытащил из старого рюкзака пакет с документами под несколькими уровнями защиты, прижал к себе и принялся складывать из него бумажный самолетик.

Юноша будто что-то почувствовал и резко распахнул глаза!

Едва очнувшись ото сна, он обнаружил, что рюкзак у него на груди расстегнут. Оглянувшись, юноша увидел в руках у мальчишки уже измятый в комок пакет с документами, и его зрачки резко сузились.

В его голове с оглушительным грохотом взорвался вулкан ярости, а кулаки невольно сжались.

Грохот!..

Низкий гудящий рокот, подобно раскату грома, разорвал воздух.

В то же мгновение мчавшийся на полной скорости вагон поезда слегка задрожал.

Спящие пассажиры в тревоге очнулись ото сна и в недоумении заозирались по сторонам. Поезд на всей скорости влетел в туннель, и весь вагон погрузился в непроглядный мрак.

В кромешной тьме, где не видно было ни зги, медленно распахнулась пара налитых яростью алых глаз.

Юноша неведомо когда уже стоял перед мальчиком, сминавшим пакет с документами.

— Что... ты делаешь?

Алые глаза вперились во взгляд ребенка, словно свирепый хищник, приковавший взор к своей добыче.

Мальчик оцепенел от ужаса.

Глядя в эти глаза, словно на нечто неописуемо жуткое, он с истошным воплем зашелся в рыданиях!

Этот жалобный плач тут же привлек всеобщее внимание, и пассажиры повернули головы в их сторону.

Поезд вырвался из туннеля, и свет вновь залил вагон.

Опешившая женщина, увидев стоящего перед ними юношу, вновь истошно завизжала:

— Ты что удумал?! Кто тебе позволил сюда подойти? Пошел вон!

Она, похоже, и сама испугалась его взгляда. Выхватив из рук сына безнадежно измятые бумаги, женщина швырнула их юноше прямо в грудь. Пакет отскочил, упал на пол и подкатился к его ногам.

— Подумаешь, взял какую-то бумажку! Ты чего добиться хочешь? Ребенка обижать вздумал? Он несмышленый, а ты сам-то соображаешь, что творишь?!

Визгливый голос женщины звенел в ушах, а пламя ярости в глазах юноши разгоралось все ярче.

— Чего я хочу? — юноша холодно усмехнулся. Наклонившись к ней, он заговорил леденящим душу голосом, словно сущий демон:

— А ты угадай.

Бум-м-м!..

Посередине мчавшегося на бешеной скорости зеленого поезда внезапно взметнулось яростное пламя. Раздался оглушительный скрежет тормозов: один из вагонов с грохотом оторвался от остального состава, колеса со скрежетом высекали из рельсов снопы искр.

Женщина сидела на сиденье, судорожно прижимая к себе потерявшего дар речи мальчика. Вся передняя часть вагона перед ними бесследно исчезла — словно исполинская невидимая рука сорвала ее и разорвала в клочья.

Посреди пустоши объятый клубами густого дыма вагон постепенно замер.

Все пассажиры в вагоне, растрепанные ураганным ветром, сидели не шевелясь, словно каменные изваяния. А юноши, подобного демону, уже и след простыл.

Снаружи, где-то посреди пустоши.

Юноша сжимал в руке помятые документы. Равнодушно скользнув взглядом по искореженному вагону, он развернулся и в одиночестве зашагал в сторону города Шанцзина.

Он открыл пакет с документами и извлек из него бланк.

В самой верхней строке крупными буквами было выведено: «Заявление на участие в сборах новобранцев Ночных стражей». А в графе с именем заявителя стояло простое, незатейливое имя:

Лу Баою.

* * *

Город Шанцзин, база 006-го отряда.

Ли Чжэньчжэнь, катя за собой чемодан, подошла к воротам сыхэюаня и, поджав губы, оглянулась назад.

Бойцы 006-го отряда — кроме Шао Пингэ, ушедшего на совещание, и Юань Гана, занятого подготовкой к сборам, — стояли во дворе сыхэюаня и с теплыми улыбками смотрели на нее.

— Я... пошла? — с покрасневшими глазами тихо спросила Ли Чжэньчжэнь.

— Да, — слегка кивнул Чжан Чжэнтин и с улыбкой добавил: — Счастливого пути.

— Чжэньчжэнь, в лагере сборов береги себя.

— Вот именно, Чжэньчжэнь. В городе Шанцзине мы всегда могли защитить тебя, но в лагере сборов придется полагаться только на себя.

— Если выпадет возможность, мы обязательно навестим тебя в лагере сборов.

— Тренируйся изо всех сил и окончи обучение с лучшими результатами! Тогда ты снова вернешься в Шанцзинский отряд, и мы станем товарищами по отряду!

— Чжэньчжэнь, только вперед!

— ...

Все в 006-м отряде один за другим махали Ли Чжэньчжэнь на прощание.

Глядя на них, Ли Чжэньчжэнь вновь почувствовала, как защипало в глазах. Она резко отвернулась, не позволяя слезам пролиться, и, с усилием волоча за собой тяжелый чемодан, побрела к выходу из переулка.

Когда она добралась до самого конца переулка и голоса товарищей из 006-го отряда окончательно стихли, сдерживать слезы больше не было сил: тонкими ручейками они покатились по ее юным щекам.

Она обернулась и бросила прощальный взгляд на видневшийся вдалеке сыхэюань.

Она уходит, и кто знает, что предстанет ее взору, когда настанет пора вернуться...

Быть может, к тому времени привычный 006-й отряд уже исчезнет, а его место займет совершенно чужая, новая команда...

Сыхэюань останется все тем же: пока Великая Ся не падет, он будет стоять всегда.

Но пути тех, кто жил в нем, возможно, разойдутся навсегда.

Ли Чжэньчжэнь смахнула слезы с глаз. Во взгляде ее зажглась решимость, и навстречу утреннему солнцу, сияющему в конце переулка, она зашагала вперед.

— Я позабочусь о себе... — пробормотала она едва слышно. — И вы... берегите себя.