Глава 965. Одолжить клинок

— И что мы теперь будем делать? — спросил Шэнь Цинчжу. — «Загон для людей» разрушен. Разве мы не можем сразу вернуться в Великую Ся?

Линь Цие немного помолчал, опустил взгляд на молитвенный коврик в своих руках и покачал головой:

— Осталось последнее дело…

— А? Почему это там, внизу, человек?

Толстяк Байли посмотрел под облако: среди руин мегаполиса некая фигура быстро бежала в их сторону, неся на руках седовласого юношу и окутавшись бледным золотистым сиянием.

Линь Цие поглядел вниз, и в его глазах промелькнуло удивление.

— Фурухара Ёсики?

Не колеблясь, он направил Облако-кувырок вниз и опустился прямо перед ним.

— Это ты?

Увидев Линь Цие, Фурухара Ёсики сначала опешил, а затем его лицо сделалось немного странным.

Он всё ещё прекрасно помнил, как Линь Цие забрал у него «Рассекатель белизны», а заодно прихватил и его «Божественное сокрытие». Хоть позже клинок и вернули через Амэмию Харуки, но ту зуботычину он схлопотал вполне ощутимо.

Линь Цие виновато улыбнулся и перевёл взгляд на бледного Юдзури Такисиро у него на руках; брови его нахмурились:

— Что с ним?

— Он убил клинком бедствия трупного бога, и его состояние, похоже, неважное, — отбросив былые обиды, серьёзно ответил Фурухара Ёсики. — Юдзурина попросила меня принести его к человеку по имени Ань Цинъюй.

Линь Цие повернулся к Ань Цинъюю. Тот поправил очки, в его зрачках проступила серая дымка. Разобрав состояние тела Юдзури Такисиро, он слегка кивнул:

— Состояние несколько ухудшилось. Хотя пока ничего критического, лечить нужно как можно скорее, затягивать нельзя.

Ань Цинъюй огляделся по сторонам и указал на заброшенный больше века назад пустой дом на противоположной стороне улицы:

— Занесите его внутрь. Я приступаю к вскры… кхм, к операции.

Спутники занесли Юдзури Такисиро в дом и принялись расчищать для Ань Цинъюя стол, быстро освободив место.

— Брат Цие… — слабо прошептал лежащий на столе Юдзури Такисиро, схватив Линь Цие за руку.

— Что такое?

— Иди к моей сестре… Она всё ещё ждёт тебя.

— К Юдзурине? — Линь Цие опешил. — Где она?

— Она стала душой клинка бедствия. Она там, — Юдзури Такисиро указал в сторону, откуда пришёл.

Душой клинка бедствия?

Услышав это, Линь Цие замер на месте:

— Как она могла стать душой клинка? Что произошло?

Юдзури Такисиро рассказал обо всём случившемся, и Линь Цие погрузился в молчание.

— …Я понял.

Линь Цие посмотрел на Ань Цинъюя, который уже накинул белый халат и подходил к ним. Глубоко вздохнув, он мягко погладил мальчика по голове:

— Не бойся, брат Цинъюй тебя вылечит… А я пойду за твоей сестрой.

— Угу.

Линь Цие направился к выходу, и к нему тут же подошёл Толстяк Байли:

— Цие, ты куда?

— Закончить последнее дело, — Линь Цие взглянул на затянутое Туманом небо. — «Загон для людей» разрушен, но Равнина Высокого Неба всё ещё скрывается от мира. В шахматной партии, расставленной пожилым Ван Мянем, остался последний ход… И сделать этот ход могу только я.

Толстяк Байли почесал в затылке — кажется, он не до конца всё понял, но тем не менее произнёс:

— Мы пойдём с тобой.

— Не нужно, оставайтесь здесь с Цинъюем, — покачал головой Линь Цие. — Это очень опасно. У меня есть молитвенный коврик для защиты, а если возникнут неприятности, я смогу разогнать Облако-кувырок и вернуться.

— …Ну ладно.

Толстяк Байли немного поколебался, но всё же кивнул.

Линь Цие обернулся, посмотрел на лежащего на столе Юдзури Такисиро, шагнул за порог, и его тёмно-красный плащ постепенно растворился в Тумане.

……

Япония в Тумане.

Чёрно-золотой длинный клинок безмолвно торчал из расколотого горного склона; от его лезвия исходило бледно-золотое сияние, накрывающее всё вокруг на сотни метров.

За пределами этого ореола клубился Туман, не способный проникнуть внутрь ни на йоту. Внутри сияния, прямо возле клинка, спокойно сидел одетый в чёрное кимоно Амэмия Харуки.

Юдзурина парила в воздухе, глядя в ту сторону, куда ушёл Юдзури Такисиро; в её глазах читалась глубокая тревога.

— Как думаешь, Такисиро нашёл брата Цинъюя?

— Непременно нашёл, — уверенно отозвался Амэмия Харуки. — Он видит карту этой области, так что отыскать кого-то для него пустяк.

Юдзурина немного расслабилась и повернулась к Амэмии Харуки. Его виски уже поседели, а сам он выглядел чрезвычайно измождённым.

— Брат Амэмия, «загон для людей» уже уничтожен. Что ты намерен делать дальше? — тихо спросила она.

Амэмия Харуки сидел у склона горы и некоторое время молчал:

— Хоть «загона для людей» больше нет, мысли людей не изменились полностью со смертью старого порядка. Новый мир уже создан, но как направить их умы на верный путь, какой новый порядок построить — всё это по-прежнему сложнейшая задача…

Юдзурина немного подумала:

— Но мне кажется, брат Амэмия, твои взгляды уже вполне зрелые. Разве ты не мог бы сам повести их за собой?

— Я всего лишь обычный человек, выросший в «загоне для людей». Пусть мои идеи и опередили время, им всё равно не избежать оков, — Амэмия Харуки сделал паузу и продолжил: — Я хочу своими глазами увидеть страны внешнего мира, посмотреть, каков их духовный мир… Быть может, там я смогу отыскать подходящий для нас ответ.

— Ты хочешь отправиться в Великую Ся?

— В Великую Ся — непременно. А если представится случай, я хотел бы вместе с Обществом Шансе взглянуть и на другие «загоны для людей».

— Но ведь ты больше не владелец клинка Бедствия. Путешествовать снаружи в одиночку слишком опасно.

Амэмия Харуки улыбнулся и посмотрел на лужу возле себя. Моросящий дождь падал на воду, расходясь кругами ряби; в отражении виднелся силуэт в белых одеждах с белыми волосами, держащий зонт и сливающийся с силуэтом самого Амэмии Харуки.

— Как раз кстати: моему старому другу тоже некуда идти, так что он составит мне компанию.

Юдзурина моргнула и уже хотела что-то сказать, как вдруг взгляд её застыл, и она резко повернулась в определённую сторону.

Клубящийся за пределами сияния Туман внезапно замер. В то же мгновение зависли в воздухе и редкие дождевые капли, словно застыв во времени; само течение времени вокруг стало невероятно медленным.

В глубине смутного Тумана среди руин разрушенного города показались две фигуры.

Один был облачён в тёмно-серый плащ; его седые волосы трепал ветер, на поясе висел длинный клинок, а взгляд казался бездонным;

второй был в светло-синем плаще, за его спиной висел чехол с мечом, от него исходило слабое монаршее величие, а взгляд был острым и непреклонным.

Ступая сквозь замедленное время, они поднялись на расколотый склон горы и медленно приблизились к торчащему здесь чёрно-золотому клинку.

— Это они? — опешил Амэмия Харуки при виде двоих пришельцев.

У Сяннань шагнул сквозь бледно-золотое сияние у клинка, почтительно сложил руки перед грудью и обратился к ним двоим:

— У Сяннань из отряда «Синий дождь» Великой Ся. Прошу одолжить нам ваш клинок.