Глава 1054. Битва с Сяонань

Пилюля вечной жизни и нерушимости — это две разные пилюли?

Сы Сяонань припомнила, как Локи описывал тайное сокровище Куньлуня. Он действительно ни разу не говорил, что именно собой представляет эта пилюля и сколько их вообще. Он велел лишь одно: доставить Пилюлю вечной жизни и нерушимости в Асгард.

Но если сокровище Куньлуня состояло из двух пилюль — Пилюли вечной жизни и Пилюли нерушимости, и Пилюля вечной жизни все еще лежала в сосуде... то куда подевалась Пилюля нерушимости?

Сы Сяонань подняла взгляд на Линь Цие.

— Не смотри на меня. Когда я взял сосуд, он уже был пуст, — покачал головой Линь Цие.

Сы Сяонань опешила, и в ее голове молнией пронеслась дерзкая мысль!

Сосуд для Пилюли нерушимости пуст, а это значит, что, возможно...

В ее глазах блеснул острый огонек. Сжимая в руках оба сосуда для пилюль, она тут же сорвалась с места и ринулась вон из Зала пилюль. Линь Цие, обратившись ночным сумраком, бросился следом.

Два луча света стремительно петляли меж тысяч парящих в Зале пилюль сосудов.

— Сяонань, оставь Пилюлю вечной жизни, — негромко произнес Линь Цие.

— Прости.

Сы Сяонань и не думала останавливаться; ее скорость лишь нарастала. В мгновение ока она пересекла большую часть Зала пилюль, и перед ее глазами уже показались широкие ворота.

Линь Цие нахмурился:

— Тогда не вини меня, если приложу слишком сильно.

Он сделал шаг вперед, и под его стопой распустилось ослепительное магическое сияние. Жуткая жидкость, в которую обратился Хэйтун, мгновенно облепила физическое тело Линь Цие, перехватывая над ним контроль.

В то же мгновение из груди Линь Цие выпорхнул призрачный силуэт души, и окружающая духовная энергия хлынула вспять!

Духовное тело Линь Цие сложило пальцы в даосском жесте, сотворяя таинственное искусство, и на его челе смутно проступила трещина.

С появлением этой трещины бурлящая вокруг духовная энергия безудержным потоком устремилась сквозь нее прямо в душу Линь Цие. Его фигура принялась стремительно раздуваться, словно накачиваемый воздухом шар!

На челе духовного тела медленно приоткрылось бледно-голубое око.

Сы Сяонань, уже подлетавшая к воротам Зала пилюль, ощутила за спиной ужасающую мощь, и лицо ее стало предельно серьезным.

Оглянувшись, она увидела, как гигантский синий силуэт уже пробил свод Зала пилюль и продолжал стремительно расти ввысь. В воздухе кружили тучи пыли и обломков, застилая обзор.

— Что это еще такое?.. — пробормотала она.

Бум!..

Острый синий трехконечный обоюдоострый клинок сокрушительно вонзился в пол прямо перед Сы Сяонань.

Она резко замерла на месте. Перед ней, заслоняя небо и солнце, высилась исполинская божественная фигура в серебряном одеянии и доспехах. Обеими руками сжимая этот трехконечный обоюдоострый клинок, она, словно несокрушимая гора, преграждала выход из Зала пилюль.

Яростный вихрь вздымался из-под ног этого исполина. На смутном лике божественного образа уже распахнулся вертикальный глаз; исполненный безграничного величия взгляд холодно уставился на замершую внизу Сы Сяонань.

Это было другое воплощение искусства «Подобие Неба и Земли», которому Линь Цие научил Ян Цзянь... «Аватар Цинъюаня».

Вонзившийся перед Сы Сяонань трехконечный обоюдоострый клинок вспорол пол Зала пилюль и под веером каменных осколков молниеносно рубанул в ее сторону.

Сы Сяонань помрачнела. Вытянув правую руку, она сомкнула указательный и средний пальцы; на кончиках сплелся черный свет, быстро сгущаясь в жуткую печать.

Она подняла два пальца и указала в небо.

Небесный феномен: «Коварство».

Треск!..

Черная молния, подобно извивающемуся исполинскому змею, ударила прямо с ясного неба и точно поразила полотно трехконечного обоюдоострого клинка, выбив из сотканного из духовной энергии лезвия заметную щербину.

Крепко сжимая два сосуда для пилюль, Сы Сяонань молниеносно проскользнула через образовавшуюся в клинке брешь и метнулась наружу.

Но не успела она переступить порог, как на нее опустился чужой взгляд. Невидимая сила сковала ее тело; казалось, огромная рука намертво стиснула девушку, оторвала от пола и подвесила в воздухе.

Сы Сяонань резко вскинула голову и увидела, что вертикальный глаз на челе божественного образа излучает бледный синий свет.

Стоило этому оку сосредоточить взгляд, как Сы Сяонань почувствовала, словно невидимая исполинская длань нанесла сокрушительный удар ей в грудь. Подобно падающему метеориту, она рухнула обратно в Зал пилюль, сбив по пути с десяток сосудов и подняв тучу пыли.

Глухо застонав, Сы Сяонань, пошатываясь, поднялась из глубокой воронки. Лишь только на ее ладони вновь затеплился черный свет, как за ее спиной призрачно возник темно-красный силуэт.

— Похоже, чтобы сплести «коварство» и изменить реальность, тебе тоже нужно время... — бесстрастно произнес подконтрольный Хэйтуну Линь Цие. — И пока я не даю тебе передышки, ты не способна залечить раны и не можешь переписать прошлое.

Услышав это, Сы Сяонань слегка сощурилась. Короткий клинок выскользнул из рукава ей в ладонь, и она с разворота нанесла режущий удар по Линь Цие!

Однако алый глаз на челе Линь Цие словно заранее разгадал траекторию движения Сы Сяонань. Вскинув руку, он на опережение перехватил ее запястье с оружием, а второй рукой сжал кулак и обрушил сокрушительный удар ей в грудь.

После закалки силой веры и вкушения бессмертного персика крепость тела Линь Цие была несопоставима с силами Сы Сяонань. От этого удара она отлетела на сотни метров и, со звоном пересчитав бесчисленные сосуды для пилюль, врезалась в стену, отчего по камню побежала паутина трещин.

Сы Сяонань осела среди клубящейся пыли, тяжело и часто дыша. Лицо ее было смертельно бледным.

Несмотря на тяжелые раны, во взгляде девушки не было и тени паники. Ее глаза быстро обшаривали все вокруг, словно выискивая что-то определенное.

И наконец ее взор остановился на темно-зеленом сосуде, лежавшем у самых ее ног. В глубине зрачков едва заметно блеснула искра.

Наконец-то нашла...

Сжимая в левой руке пустой белый сосуд, она, пошатываясь, поднялась с пола. Под прикрытием летающей в воздухе пыли она словно невзначай коснулась белым сосудом темно-зеленого, и по ее пальцам пробежала полоска черного света.

Бульк.

С едва слышным легким звуком пилюля из темно-зеленого сосуда причудливым образом переместилась внутрь пустого белого.

На донышке того темно-зеленого сосуда киноварью было выведено название другого снадобья:

«Пилюля, отравляющая и пожирающая душу».

Держа в руках черный и белый сосуды, Сы Сяонань медленно выпрямилась и запястьем стерла кровь с разбитых губ.

За пределами Зала пилюль подпирающий небо «Аватар Цинъюаня» постепенно рассеялся. Призрачный силуэт души вернулся в плоть; Линь Цие открыл глаза и, сжимая в руке «Рассекатель белизны», спокойно зашагал к тяжелораненой Сы Сяонань.

— Сяонань, оставь Пилюлю вечной жизни.

— Линь Цие, тебе меня не остановить, — посмотрела она ему прямо в глаза, и во взгляде ее мелькнул глубокий смысл. — Зеленая паучья лилия непременно расцветет. Даже лютая зима не сможет похоронить ее под снегом.

Зеленая паучья лилия?

Услышав эти слова, Линь Цие замер как вкопанный.

В его памяти вновь всплыла сцена до наступления Цаннаньского бедствия, когда 136-й отряд шутил и беззаботно болтал на совместном отдыхе.

...

— Ой, а что это за цветок? Я раньше таких никогда не видела.

— Это маньчжусака, то есть паучья лилия.

— Но разве паучья лилия не красная? А эта почему-то зеленая.

— А кто сказал, что паучья лилия не может быть зеленой? У паучьих лилий много цветов. Вот, к примеру, у красной на языке цветов значение «тоска», у синей...

— А у зеленой?

— У зеленой... — У Сяннань ненадолго задумался:

— Ее значение на языке цветов — «неугасимая надежда».