Глава 1131. Прорыв из окружения

В глазах Линь Цие блеснул леденящий огонь!

Взмахом руки он развернул круг призыва, и в его ладонь лег меч Небесных Густых Облаков. Вспыхнул ослепительный блеск клинка, в то же мгновение разрубивший чудовище перед ним пополам!

Раздался глухой хлопок. Покрытое опухолями тело неприкаянной души развалилось надвое и рухнуло в кучи пепла. Из него не вытекло ни капли крови. Мутные бледные глаза существа по-прежнему не отрываясь буравили двоих людей. Оно не только не погибло, но рассмеялось еще более зловеще:

— Хи-хи-хи…

— Джи-джи-джи…

— Кхе-кхе-кхе…

Бесчисленные рты одновременно исторгли смех, от которого мороз продирал по коже. Опираясь руками о землю, тварь попыталась вновь подняться из пепла.

Вспыхнуло еще несколько взмахов клинка, искромсавших всю верхнюю половину тела существа в фарш. Линь Цие сжимал меч Небесных Густых Облаков, его лицо потемнело.

— Эту тварь не убить, уходим!

Случившееся было слишком зловещим. Пусть Линь Цие и не уловил от этой покрытой опухолями неприкаянной души ни малейших колебаний ранга, интуиция подсказывала, что задерживаться и драться с ними ни в коем случае нельзя.

Тем временем неподвижно стоявшие вокруг неприкаянные души уже начали смыкать кольцо окружения.

Они покачивались, и с их тел осыпался пепел, обнажая гроздья уродливых наростов. Не сводя глаз со стоявшего в центре Линь Цие, они начали кривить губы в жутких ухмылках.

— Как голодно… Я так голоден… Дай мне откусить кусочек твоего сердца, а?.. Всего кусочек…

— За что? Почему вы такие красивые?.. Я сдеру с вас лица…

— Запах крови… Это запах крови… О-хо-хо-хо-хо…

— …

Непрекращающийся шепот доносился со всех сторон, окружая Линь Цие и Ань Цинъюя плотной стеной. Покрытые опухолями неприкаянные души окончательно теряли рассудок, и наросты на их телах начали лопаться один за другим!

Багровые копошащиеся личиночные глаза, лишенные губ уродливые пасти, омерзительные гнойники, крошечные конечности, напоминающие лапы ящериц, сморщенные, покрытые кровавыми бороздами младенческие головы… Они казались сшитыми из обрывков плоти чудовищами, шевелящимися комьями мяса, издававшими режущий слух скрежет. Ни под каким углом в них больше нельзя было разглядеть ничего человеческого.

Линь Цие помрачнел до предела:

— Прорываемся.

Он бросил меч Небесных Густых Облаков Ань Цинъюю, сам выхватил «Рассекатель белизны», и оба сорвались с места, устремляясь вглубь ада.

Правая рука Ань Цинъюя еще не отросла до конца, поэтому ему приходилось держать меч в левой. Держась слева от Линь Цие, он ступал по земле, из которой непрерывно вырывались морозные лозы, расчищая им путь. Одновременно с этим вспыхивали росчерки меча, раз за разом разрубавшие пополам бросавшихся на них неприкаянных душ.

Линь Цие сжимал в руке «Рассекатель белизны». Игнорируя расстояние, он взмахивал клинком; полосы лезвий прорезали пространство, с ювелирной точностью рассекая тела неприкаянных душ.

Яростный ветер вздымал серый пепел, кружа его вокруг двоих беглецов плотным вихрем. Преграждавших путь неприкаянных душ сметали с пути, с боем прорубая кровавую просеку сквозь строй врагов.

Обросших наростами неприкаянных душ становилось все больше. Казалось, их нисколько не страшила смертоносная мощь этих двоих. Взмахивая мясистыми крыльями, они катились вперед, словно несущиеся по земле мясные шары. По ущелью разносился частый безумный хохот:

— Я ангел! Хи-хи-хи… Я не неприкаянная душа, я ангел!

— Здесь Царство Небесное! Наше Царство Небесное!

— Поглядите, на кого я похож — на ангела или на демона?

— На ангела! Ты похож на ангела, и я похож на ангела, мы все тут ангелы! Кхе-кхе-кхе-кхе…

— Вон те двое — грешники! Им не место в Царстве Небесном! Осудить их грехи, изгнать в ад! Обречь на вечные муки!

— Осудить их! Осудить!

— Осудить их прегрешения, подвергнуть вечной каре, пусть сгниют в аду без права на перерождение! Пусть вовек не станут ангелами!

— …

Отвратительные мясные комья бросались вперед волна за волной, вырастая перед Линь Цие и Ань Цинъюем живой стеной. На их лицах, сочащихся гноем и кишащих червями, вдруг проступило милосердное, священное выражение, словно они действительно были архангелами, вершащими суд над злом, и свысока взирали на двух недостойных прощения мышей.

— Совсем свихнулись! — видя, что их зажимает бесконечная орда неприкаянных душ, выругался Линь Цие и следом глухо скомандовал: — Я проложу дорогу, держись вплотную и смотри, чтобы пепел на тебя не попал.

— Понял, — со всей серьезностью кивнул Ань Цинъюй.

Линь Цие взмахнул левой рукой. Развернулся сияющий круг призыва. Хэйтун черной тенью скользнул по его телу, на лбу распахнулся алый глаз, перехватывая контроль над плотью.

Линь Цие глубоко вздохнул, и призрачный силуэт его души выскользнул из несущегося вперед физического тела. Рассеянная в воздухе духовная энергия безудержным потоком хлынула в душу; словно надуваемый шар, она стремительно раздулась на ветру и за считаные секунды обратилась в подпирающую небеса демоническую обезьяну, вырвавшуюся вперед.

«Аватар, Равный Небу»!

Бушующая демоническая аура затопила ущелье. Колоссальное тело демонической обезьяны с сокрушительной силой разорвало плотные ряды беснующейся толпы. Каждый ее шаг отдавался глухой дрожью в скалах, втаптывая в кровавую грязь по нескольку неприкаянных душ разом.

Благодаря расчищающей путь демонической обезьяне перед Ань Цинъюем и несущимся телом Линь Цие возник кровавый коридор, усеянный оторванными конечностями и кусками плоти.

Оба со всех ног устремились вслед за ней.

Когда они полностью вырвались из кольца окружения, демоническая обезьяна рассеялась, обратившись в клубы демонической ауры. Душа Линь Цие вернулась в основное тело, и он с легкой слабостью перевел дух.

Ад — это не Куньлунь и уж тем более не Небесный двор Великой Ся. Содержание духовной энергии в здешнем воздухе было ничтожно малым. Даже при вызове «Аватара, Равного Небу» его боевая мощь и время поддержания не шли ни в какое сравнение с тем, что было в Великой Ся. К счастью, выигранных секунд хватило, чтобы прорвать кольцо окружения.

— Впереди дороги нет, — Ань Цинъюй оторвал взгляд от непрерывно преследующих их неприкаянных душ, посмотрел вперед и нахмурился.

— Перемахнем через ту гору, — Линь Цие заранее прикинул маршрут и указал на возвышающийся впереди полуразрушенный пик.

Они прибавили ходу, взбираясь по крутому склону и взмывая все выше. Эта гора, как и остальные пики ада, была начисто лишена растительности. На ее скалистых боках зияло несколько идеально ровных срезов, а у подножия громоздились завалы щебня, будто некогда здесь гремела битва, потрясшая небеса и землю.

Взлетая к вершине, Линь Цие краем глаза следил за тем, что творится внизу.

Громадные мясные шары докатились до подножия. Они судорожно хлопали мясистыми крыльями, пытаясь взмыть в воздух подобно ангелам или демонам, но их туши были слишком тяжелы, а крылья служили лишь жалкой бутафорией, неспособной поднять их в небо. Им оставалось лишь слоями смыкаться у подножия горы, копошась, словно мерзкие личинки.