Глава 1138. Первооснова ада

Среди глубокой тишины на груди Шэнь Цинчжу внезапно мелькнул черный отблеск.

Из его тела мягко разошлось даосское сияние, и пещеру наполнило непостижимое, величественное дыхание. Линь Цие и Ань Цинъюй опешили и невольно отступили на несколько шагов назад.

Тук-тук!..

Тук-тук!..

В безмолвии пещеры вновь раздался тяжелый стук сердца. Даосское сияние, исходящее от груди Шэнь Цинчжу, разлилось по всему его телу. Почти иссохшая кровь снова побежала по жилам, а леденящий обрубок кисти принялся с видимой глазу скоростью восстанавливаться.

Его жизненные силы возвращались.

— Что происходит? — недоуменно спросил Линь Цие; краснота из его глаз еще не сошла.

— Этот нефритовый кулон восстанавливает тело братца Крутого, — глаза Ань Цинъюя постепенно загорелись. — Он оживает!

Под пульсацией даосского сияния тело Шэнь Цинчжу наконец восстановилось. На бледную кожу вернулся румянец, сомкнутые ресницы дрогнули, и он медленно открыл глаза.

Воскресший из мертвых Шэнь Цинчжу ошеломленно смотрел на стоявших перед ним двоих, пока не пришел в себя.

— Это вы?

— Братец Крутой! — Линь Цие со всех ног бросился вперед и ухватил Шэнь Цинчжу за плечи. Его духовная сила мгновенно просканировала тело соратника; убедившись, что ран больше нет, он не смог скрыть бурного восторга и радости на лице. — Ты в порядке?

Шэнь Цинчжу растерянно опустил голову, глядя на свою исцелившуюся ладонь:

— Я только что…

— Ты только что умер, — дополнил Ань Цинъюй. — Я проверил: в твоем теле не оставалось ни единой искры жизни.

Шэнь Цинчжу будто что-то вспомнил. Он сунул руку за пазуху, достал черный нефритовый кулон и положил его на ладонь, глядя на него со сложным выражением лица.

— Перед тем как покинуть Небесный двор, Толстяк дал мне нефритовый кулон. Сказал, что он может вернуть человека из мертвых… Только благодаря этой штуке я и выжил.

— Сокровище, способное воскрешать мертвых? — озадаченно произнес Линь Цие. — Откуда у него такое?

— Не знаю, — посмотрев на кулон, Шэнь Цинчжу горько усмехнулся. — Похоже, я снова задолжал этому толстячку жизнь.

Шэнь Цинчжу поднялся с земли и слегка размялся: все его раны бесследно исчезли, он ничем не отличался от себя невредимого, и двигался легко и свободно.

— Братец Крутой, что вообще случилось после того, как мы ушли? — спросил Линь Цие.

Шэнь Цинчжу немного помолчал и тяжело вздохнул:

— После вашего ухода исследовательский корабль просто дрейфовал по волнам. Позже я услышал два мощных грохота в небе, а затем океанские течения вокруг резко изменили свое направление. Когда я спохватился, корабль уже занесло в узкое речное русло. Я собирался найти место, чтобы развернуться и выйти обратно, но никак не ожидал, что из кровавой воды внезапно вынырнет гигантский питон. Он проломил киль корабля, прокусил меня насквозь и поволок среди горных пиков. В отчаянной схватке мне удалось убить эту тварь, но раны оказались слишком тяжелыми. К тому же в небе кружили чудовища с черными крыльями, так что мне оставалось только укрыться в какой-нибудь пещере. Я прислонился здесь к стене и постепенно потерял сознание… А очнулся — и сразу увидел вас.

«Значит, его и правда затянуло сюда через брешь в аду…» — Линь Цие кивнул.

— Братец Крутой, где затонул корабль? — серьезно спросил Ань Цинъюй.

Шэнь Цинчжу задумался и указал направление:

— Тот питон тащил меня в пасти мимо множества скал, так что точное место я вряд ли вспомню. Но примерно в той стороне, где-то в десятке с лишним километров отсюда.

— А брешь?

— Тоже неподалеку оттуда.

Линь Цие кивнул:

— Хорошо, тогда мы сразу идем спасать Цзян Эр, а затем через брешь выбираемся отсюда.

Линь Цие подошел к краю пещеры и выглянул наружу:

— Демонов снаружи полно. Я пойду первым. Братец Крутой… — Линь Цие запнулся. — Братец Крутой пойдет посередине, а Цинъюй прикроет тыл. Если что-нибудь заметите, сразу сообщайте мне.

При движении цепочкой по трое идущий впереди рисковал больше всех, следом за ним шел замыкающий, а середина была самым безопасным местом.

Раньше в хвосте отряда всегда шел Шэнь Цинчжу, но сейчас обстоятельства изменились: здесь находился лишь клон Ань Цинъюя, и даже если с ним что-то случится, его жизни ничто не угрожало. Он был идеальной кандидатурой для замыкающего.

Шэнь Цинчжу, напротив, был сейчас более уязвим, и поставить его в середину было вполне разумно. Линь Цие понимал, что от этого Шэнь Цинчжу может острее почувствовать собственное бессилие, но сейчас было не время считаться с гордостью.

Он только что своими глазами видел смерть Шэнь Цинчжу и как командир не мог позволить ему снова рисковать.

Испытать боль от потери товарища во второй раз он не желал.

Услышав распоряжение Линь Цие, Шэнь Цинчжу слегка замер. Безмолвно кивнув, он покорно подчинился приказу, встал посередине и двинулся вслед за Линь Цие.

— Вам не кажется, что пепел стал падать реже? — сквозь воздушный барьер, возведенный Шэнь Цинчжу, задумчиво произнес Ань Цинъюй, вглядываясь в небо.

— Возможно, этот снегопад скоро закончится. В конце концов, пепел не может сыпаться бесконечно — иначе, выпадай он каждый день в каком-нибудь другом месте, вся Земля уже пала бы.

— И то верно…

Втроем они представляли собой более приметную мишень, поэтому Линь Цие продвигался куда осторожнее. Им потребовалось почти полчаса, чтобы одолеть лишь половину пути.

Однако по мере их продвижения в глубины ада перед взором троицы постепенно открылась таинственная область, источавшая алое свечение.

Вглядываясь сквозь расселины между горными пиками в самую сердцевину этой области, они увидели кровавый водоем размером с озеро, безмятежно покоящийся среди непрерывной гряды скал. Хлопья пепла, падая в кровавый водоем, мгновенно растворялись в нем, словно их никогда и не существовало.

А в самом центре кровавого водоема покачивался на поверхности похожий на чёрный кристалл осколок.

Бесчисленные кровавые нити тянулись из водоема и оплетали кристалл, пульсируя, точно кровеносные сосуды. Сотни и тысячи демонов кружили над кровавым водоемом, застилая взор сплошной черной тучей.

Стоило Шэнь Цинчжу и Ань Цинъюю увидеть этот чёрный кристалл, как их взгляды словно намертво приковало к нему, и они не могли оторвать глаз.

В их сердцах вспыхнуло небывалое доселе вожделение.

Внезапно ладони Линь Цие опустились на затылки обоих, и они, точно очнувшись от наваждения, пришли в себя. Спины у обоих уже взмокли от холодного пота.

— Что это такое? — недоуменно спросил Ань Цинъюй, намеренно уводя прямой взгляд к краю черного кристалла и рассматривая его лишь боковым зрением.

— Это первооснова, — не отрывая взгляда от черного кристалла, медленно произнес Линь Цие. — Первооснова… ада.