Глава 1141. Единственный выход

— Вряд ли.

Линь Цие покачал головой:

— Барьер божественного царства не так-то просто пробить даже богам, не говоря уже о нас. К тому же это божественное царство стало живым существом. Даже если мы пробьём брешь, она тут же затянется.

— Может, нам попробовать вернуться в Царство Небесное и осмотреться? Оно ведь такое огромное, вдруг найдётся место, через которое можно выбраться? — с сомнением предложила Цзян Эр.

— Мы потратили столько сил, чтобы добраться из Царства Небесного в ад. Возвращаться назад сейчас не имеет смысла.

— Мне кажется…

Пока остальные обсуждали пути к отступлению, Линь Цие ненадолго задумался и молча погрузил сознание в психиатрическую больницу всех богов в глубине своего разума.

……

Линь Цие, накинув белый халат, стремительно вышел из кабинета главврача.

— Цие, доброе утро! — улыбнулся Ли Ифэй, гревшийся на солнышке у двери.

— Где Еланд?

Не тратя времени на пустую болтовню, Линь Цие сразу перешёл к делу.

— Он? Он один на крыше больницы.

— На крыше? Что он там делает?

— Да кто ж его знает. Как вышел из палаты, так и торчит там каждый божий день: ни ест, ни спит. Я посреди ночи встаю в туалет, вижу его в белых лохмотьях на крыше — каждый раз сердце в пятки уходит, — принялся жаловаться Ли Ифэй.

Линь Цие нахмурился:

— Ладно, понял.

Он развернулся и быстрым шагом направился к лестнице.

Последние два дня он выполнял задание в Тумане и почти не заглядывал в психиатрическую больницу всех богов. Странное поведение Еланда вызывало вопросы, но сейчас было не до размышлений на эту тему.

Еланд был владыкой Царства Небесного и тем, кто уничтожил ад. В этом мире никто не мог знать эти два места лучше него. Если и можно было найти способ выбраться, то спросить его было самым верным решением… по крайней мере, так казалось.

Взбежав на крышу стационара, Линь Цие увидел старика в одеянии из белых облаков. Тот неподвижно стоял у парапета, опустив голову и глядя на раскинувшуюся внизу больницу, словно каменное изваяние.

— Господин Еланд!

Линь Цие окликнул его, но старик продолжал смотреть вниз, будто вовсе ничего не услышал.

Пришлось подойти к нему вплотную и повторить:

— Господин Еланд?

Стоявший у перил Еланд медленно повернул голову. Его глаза, полные милосердия и любви, остановились на лице Линь Цие, и раздался мягкий голос:

— Ты молодец, дитя моё.

— …

На миг опешив, Линь Цие попробовал ещё раз:

— Господин Еланд, Царство Небесное и ад осквернены богами Ктулху и превратились в живое существо. Я оказался в ловушке в пещере у адского водопада и не могу уйти. Вы знаете какой-нибудь другой способ выбраться?

— Ты молодец, дитя моё.

— Господин Еланд, положение действительно критическое. Если вы не можете говорить связно, хотя бы намекните!

— Ты молодец, дитя моё.

— Вы вообще понимаете, о чём я говорю?

— Ты молодец, дитя моё.

Лицо старика, преисполненное доброты, механически повторяло одну и ту же фразу.

Линь Цие сжал кулаки и в бессильной ярости ударил по перилам. Лицо его потемнело.

В нынешнем состоянии Еланд был совершенно неспособен к осмысленному диалогу. Последняя надежда Линь Цие окончательно рухнула под монотонное «Ты молодец, дитя моё».

— Проклятье…

В этот момент с лестницы послышались неспешные шаги.

Линь Цие обернулся и увидел, что за его спиной стоят древняя обезьяна в ветхой кашае и мужчина в сером одеянии.

— Братец Обезьяна? Гильгамеш? — изумился Линь Цие. — Вы что здесь делаете?

— Да мы как раз собирались подраться, но услышали, как ты колотишь по ограждению, вот и поднялись по пути взглянуть, — слегка нахмурился Сунь Укун. — Что стряслось?

Линь Цие растерянно посмотрел на них двоих и горько усмехнулся. В нескольких словах он пересказал суть происходящего.

— Заблокированное божественное царство… — пробормотал Сунь Укун. Помолчав, он повернулся к стоящему рядом Гильгамешу.

— Этот царь в подобных вещах не разбирается, — безучастно отозвался Гильгамеш, покачав головой.

— …Ясно.

Линь Цие вздохнул и уже собрался уходить, как вдруг Сунь Укун заговорил:

— Возможно, тебе стоит взяться за первооснову.

Услышав это, Линь Цие замер и с недоумением обернулся.

— Я, конечно, ничего не смыслю во всяких там Небесных Царствах и адах и понятия не имею, что за пепел ты описываешь, но кое-что мне известно: первооснова пантеона — это фундамент, на котором держится божественное царство, и средоточие, управляющее им. В точности как первооснова Небесного двора: стоило ей расколоться, как рухнул и сам Небесный двор.

В памяти Сунь Укуна всплыло, как в те далекие дни Небесный Достопочтенный сокрушил первооснову Небесного двора. Сделав короткую паузу, он продолжил:

— Судя по твоим словам, этот пепел лишь временно подчинил себе твердь ада и внешнее пространство, но вряд ли сумел осквернить первооснову ада. Первооснова — штука удивительная: стоит её осквернить, как она утратит изначальную силу и уж точно не сможет массово штамповать демонов, о которых ты говорил.

— Если так, то сумей вы сокрушить хоть первооснову Царства Небесного, хоть первооснову ада — всё божественное царство разлетится на куски. И какой бы пепел там ни осквернял всё вокруг, он не сможет этому помешать.

Глаза Линь Цие вспыхнули надеждой!

Первооснову Царства Небесного Еланд в своё время унёс на Луну, добраться до неё было невозможно, но где находится первооснова ада, Линь Цие прекрасно знал. Если удастся её уничтожить, они не только найдут путь к спасению, но и разрушат этот зарождающийся прообраз лавкрафтовского божественного царства.

— Однако… — голос Сунь Укуна прервал ликование Линь Цие.

— Однако первооснову пантеона не так-то просто уничтожить. Насколько мне известно, сокрушить первооснову способна только другая первооснова.

— У меня есть первооснова! — воскликнул Линь Цие, тут же вспомнив о первоистоке ночи, который оставила ему перед уходом Никта.

— Твоя относится к природным первоосновам, а не к первоосновам пантеона, — покачал головой Сунь Укун. — Я знаю лишь то, что первооснова пантеона может сокрушить себе подобную. А вот под силу ли это природной первооснове… тут я и сам без понятия.

Линь Цие замолчал.

— …Я понял. Спасибо, братец Обезьяна.

Глубоко вздохнув, Линь Цие отвесил Сунь Укуну низкий поклон и покинул психиатрическую больницу всех богов.

Способен ли первоисток ночи сокрушить первооснову ада, действительно оставалось загадкой. Но для Линь Цие и остальных это, похоже, был единственный выход.

Если не найдётся иного способа выбраться, им придётся пойти на этот риск.