Глава 1180. Ухудшение состояния Гильгамеша

Линь Цие ещё раз тщательно обошёл подземную темницу, но там не оказалось не то что трупов ангелов или демонов — даже ни единого ползучего гада не появилось.

«Странно…» — Линь Цие опустил голову, погрузившись в раздумья.

Он ведь явно убил мифических существ, но в больничном подземелье они не возникли. Такое происходило впервые.

Поразмыслив довольно долго, он сумел выделить лишь три вероятные причины.

Во-первых, уровень тех лавкрафтовских существ превосходил саму больницу, и она не смогла вобрать их души.

Впрочем, эту версию Линь Цие отверг в то же мгновение, как она пришла на ум: лечебница без малейших усилий забрала душу создания божественного уровня вроде Лайфу — неужели несколько управлявших трупами ползучих гадов сумели бы ускользнуть?

Вторая возможность: у этих ползучих тварей вовсе не было душ, поэтому после гибели они и не попали в больницу.

И последняя: эти лавкрафтовские существа попросту не соответствовали условиям приёма лечебницы.

Линь Цие специально ещё раз перечитал шаблон подсказки о найме санитаров. Единственным местом, где могло крыться расхождение, были слова «мифическое существо».

Эта больница могла вбирать лишь души мифических существ.

Возможно ли, что лавкрафтовские существа не попали сюда по той простой причине, что их вообще нельзя считать мифическими существами?

Линь Цие смутно припомнил, что Мерлин в своё время говорил нечто подобное… Но если они не мифические существа, то кто же тогда?

Линь Цие долго размышлял в подземелье, но ответа так и не нашёл, поэтому решил пока уйти.

Едва он распахнул дверь кабинета главврача, как увидел Браги, который мчался по коридору в обнимку с арфой и едва не врезался в Линь Цие.

— Ты куда так спешишь?

— Играть музыку! — Браги глянул на настенные часы и торопливо бросил: — Время уже подходит, они оба меня ждут…

Договорив, он не стал дожидаться ответа Линь Цие и ринулся прямиком к другому концу коридора.

Однако он не успел добежать даже до середины, как со двора донёсся грохот схватки.

Браги резко замер на месте.

— Похоже, они тебя не дождались, — Линь Цие подошёл к Браги и, взглянув на сошедшихся во дворе двоих, с беспомощным вздохом покачал головой.

Браги ошеломлённо уставился на место поединка и в недоумении пробормотал:

— Быть не может… Раньше они всегда меня ждали. Чего это в последнее время они такие нетерпеливые? Время ведь ещё не настало…

Линь Цие и Браги подошли к краю площадки во дворе. Часть свободных санитаров как раз делала ставки и глазела на зрелище. Хоть Браги и опоздал на пару минут, он всё же добросовестно улучил подходящий момент и вплёл воодушевляющую музыку в битву.

— Не кажется ли вам, что в последнее время с королём Цзицзи творится что-то неладное?

— Вот именно! Время ведь ещё не подошло, братец Обезьяна даже приготовиться толком не успел, а тот уже как ошпаренный бросился в атаку… Безрассудно как-то.

— Это что, нападение исподтишка? Совсем не в духе короля Цзицзи.

— Может, из-за того, что братец Обезьяна всё это время его подавляет, у него просто нервы сдали?

— Да вряд ли…

— …

Линь Цие краем уха слушал пересуды санитаров, неотрывно наблюдая за поединком Сунь Укуна и Гильгамеша, и брови его сдвигались всё сильнее.

Бой мало чем отличался от прежних: Гильгамеш неизменно оставался на стороне уступающих. Но была и небольшая разница: на этот раз его атаки выглядели чересчур яростными, даже безумными — словно он шёл на смертный бой против Сунь Укуна.

Сунь Укун выглядел сосредоточенным, но действовал предельно невозмутимо. Подобно несокрушимой горной вершине под натиском бури, он уверенно парировал любые выпады, как бы яростно Гильгамеш ни атаковал.

В конце концов под глухой звук удара силуэт Гильгамеша отлетел назад.

И сегодня победа вновь осталась за Сунь Укуном.

Увидев, что исход решён, Линь Цие тут же поднялся со своего места и направился туда, где упал Гильгамеш. Вслед за ним поспешил и встревоженный Браги, прижимая к себе арфу.

Изувеченная лужайка медленно восстанавливалась. Гильгамеш лежал на земле, остекленевшим взглядом глядя в небо; его брови были крепко сдвинуты, а на лице блуждало то смятение, то отчаянная внутренняя борьба.

— …Кто посмеет посягнуть на Урук, того этот царь казнит!

— Судьба Урука принадлежит лишь этому царю и его народу! Если вы, боги, посмеете вмешаться — сколько бы вас ни пришло, этот царь перебьёт всех до единого…

— Нет… не то… Урук уже пал… Где же этот царь?..

— Этот царь… этот царь…

Услышав бессвязный бред поверженного Гильгамеша, Браги встревожился ещё сильнее. Он ухватился за плечо стоящего рядом Сунь Укуна и поспешно заговорил:

— Братец Обезьяна, вы же просто тренировались! Зачем было бить с такой силой, что у Гильгамеша совсем мозги набекрень съехали?

Сунь Укун покосился на него взглядом, каким обычно смотрят на дурака.

— Дело вовсе не в братце Обезьяне, — нахмурившись, Линь Цие посмотрел в пустоту над головой Гильгамеша и холодно произнёс: — Что-то другое вмешивается в его воспоминания.

Перед глазами Линь Цие шкала прогресса лечения Гильгамеша безумно скакала из стороны в сторону.

«Прогресс лечения Гильгамеша: 40%…»

«Прогресс лечения Гильгамеша: 34%…»

«Прогресс лечения: 38%…»

«Прогресс лечения: 35%…»

Эти скачки шкалы на миг вогнали Линь Цие в полное замешательство.

До сих пор он видел разве что единоразовый откат прогресса у Браги, но чтобы шкала сама собой то падала, то вновь ползла вверх — с таким он сталкивался впервые.

Ещё во время прошлого разговора Гильгамеш упоминал, что кто-то искажает его память. Судя по происходящему сейчас, его состояние стремительно ухудшалось.

А то, что шкала то и дело отыгрывала назад, происходило исключительно благодаря воле и убеждениям самого Гильгамеша, вступившего в схватку с фальшивыми воспоминаниями.

— С ним творится неладное, — Сунь Укун убрал Цзиньгубан, и его сияющие золотом глаза уставились на Гильгамеша. — Какая-то сила вмешивается в его душу, и с каждым разом всё сильнее…

— Братец Обезьяна, ты видишь, что это?

— …Нет, — Сунь Укун покачал головой. — Однако исток беды точно не в этой больнице. Должно быть, кто-то во внешнем мире через какую-то связанную с ним вещь дистанционно воздействует на его душу.

— Вещь, связанную с ним? — Линь Цие нахмурился. — Кто же это может быть…

Сунь Укун ничего не ответил. Лишь слегка сдвинул брови и без лишних слов наступил ногой прямо на грудь Гильгамеша!

Тело Гильгамеша моментально вдавило в землю.

Тот инстинктивно попытался сопротивляться, но Сунь Укун уже вскинул сжатые кулаки и градом обрушил их на его тело!

Тяжёлые удары сотрясали двор непрерывным гулом, вздымая клубы пыли. И по мере того как тело Гильгамеша всё глубже уходило в землю, мечущаяся над его головой шкала прогресса лечения внезапно начала стабильно восстанавливаться.

Бах!

Из земли вырвалась ладонь и перехватила кулак Сунь Укуна. В борющихся до этого глазах Гильгамеша наконец блеснул проблеск ясности.

Он ошеломлённо посмотрел на стоящую перед ним троицу и после долгого молчания с горечью прикрыл глаза.

— Какое же жалкое зрелище…