Глава 1186. Затаившиеся боги

— Ктулху пришёл из другого мира? И что это тогда? Вторжение чужеродного вида? — озадаченно спросил Линь Цие.

— Не знаю. Это лишь моя догадка, ведь кроме этой теории я просто не нахожу иных объяснений, — пожала плечами Цзи Нянь. — Но можно утверждать наверняка: эти порождения книжных фантазий ни в коем случае не являются богами и мифами в нашем привычном понимании. Наша шкала боевых рангов, способности, законы мироздания и прочие данные к ним совершенно неприменимы.

Само их существование — это чистая «неизвестность».

Линь Цие обвёл взглядом несколько витрин:

— А кроме этого? Есть ещё какие-то зацепки?

— Есть.

Цзи Нянь серьёзно кивнула:

— Видишь ту расколотую вулканическую породу посреди зала?

Линь Цие подошёл к указанному стенду. Сквозь стекло его взор упал на обломок скалы высотой больше метра. На шершавой каменной поверхности едва заметно проступали плотные витые борозды, похожие на некий древний рисунок.

— Что это такое?

— Древняя стела, раскопанная возле одних из руин Ктулху. К какой именно эпохе она относится, определить уже невозможно, но благодаря технической реконструкции во исследовательском корпусе № 2 удалось примерно расшифровать её смысл.

Цзи Нянь сделала небольшую паузу:

— Судя по записям на этой плите, здесь запечатлена та самая история о том, как боги Ктулху были запечатаны на Луне.

Линь Цие удивлённо приподнял бровь:

— Но разве эта история нам уже не известна во всех подробностях?

— Нет, всё не так просто.

Цзи Нянь протянула руку и указала на определённый участок камня:

— Взгляни на этот фрагмент.

Линь Цие посмотрел туда, куда указывал её палец. На древнем рисунке клубки извивающихся линий взмывали ввысь, собираясь внутри парящей в самом верху сферы.

— Боги Ктулху восходят на Луну? — смутно угадал Линь Цие общий смысл изображения.

— Верно. А теперь посмотри сюда.

Цзи Нянь перевела палец в самую нижнюю часть композиции.

— Это… — Линь Цие слегка прищурился.

На чёрной поверхности камня, прямо под бесчисленными взлетающими полосами, неподвижно стлались три витка тёмно-красных линий — словно притаились в непроглядных недрах земли.

— Если судить по смыслу рисунка, три божества Ктулху так и не были запечатаны на Луне, — Цзи Нянь со всей серьёзностью посмотрела Линь Цие прямо в глаза и, чеканя каждое слово, произнесла: — Они… всё это время прячутся где-то на Земле.

— На Земле до сих пор есть божества Ктулху?!

Лицо Линь Цие мгновенно помрачнело.

— Осознав такую вероятность, мы выделили огромные силы и ещё тщательнее исследовали все уцелевшие руины божеств Ктулху. Благодаря техническому анализу, бесчисленным расчётам и сопоставлению с материалами мифов Ктулху нам удалось приблизительно установить личности этих троих.

Цзи Нянь глубоко вдохнула и медленно произнесла:

— Вот они: «Чёрная Коза» Шаб-Ниггурат, «Ключ и Врата» Йог-Сотот и «Хаос» Ньярлатхотеп. В некоторых литературных источниках их также называют тремя богами-столпами мифов Ктулху.

— «Чёрная Коза», «Ключ и Врата», «Хаос»… — пробормотал Линь Цие эти имена.

И внезапно ему показалось, что имя «Николас» он уже где-то слышал…

Ань Цинъюй?

Едва задумавшись, Линь Цие тут же вспомнил, как во время ангельского суда в аду в самом конце реки времени появился Ань Цинъюй из будущего.

Тогда Ань Цинъюй, глядя на серафима Уриила, управляемого красными червями, произнёс: «Я и сам не думал, что наша новая встреча пройдёт именно так… Похоже, мне стоит от всей души поблагодарить Николаса».

Получается, Ань Цинъюй из будущего знал о существовании «Чёрной Козы» Шаб-Ниггурат? Или же… они изначально были на одной стороне?

Почему он хотел поблагодарить «Чёрную Козу»?

Потому что та помогла устроить их встречу сквозь время и пространство? Она сама — или некая её часть — и была теми красными червями, что управляли Уриилом и спровоцировали суд из будущего?

Пока Линь Цие напряжённо размышлял, Цзи Нянь продолжила:

— По нашим предположениям, из этих трёх оставшихся на Земле богов-столпов Ктулху как минимум двое уже пробудились.

— Согласно описаниям в мифах Ктулху, одна из главных черт «Чёрной Козы» Шаб-Ниггурат — её невероятная плодовитость. Именно поэтому её называют верховной матерью-богиней, Чёрной Козой Лесов с Тысячью Младых.

А красные черви и комья плоти, управлявшие трупами ангелов и демонов, с которыми вы столкнулись в аду, равно как и клубок червей, недавно образовавший глазное яблоко Одина, с огромной вероятностью являются её порождениями и подчиняются её воле.

— Второй — «Ключ и Врата» Йог-Сотот. Тот безымянный туман, что сотню лет назад уничтожил мир, связан с ним неразрывными узами. Можно даже предположить, что этот Туман — часть его собственного тела.

Линь Цие хмурился всё сильнее.

Если верить словам Цзи Нянь, «Чёрная Коза» и «Ключ и Врата»… Первая подчинила себе Царство Небесное и ад, пытаясь создать собственное божественное царство исключительно для божеств Ктулху, а второй самолично обрёк Землю на нынешнее бедствие и стал первопричиной того, почему боги Великой Ся канули в круговорот перерождений… Их могущество и стремление перевернуть мир с ног на голову превосходили любые мыслимые пределы.

— А последний?

— Важнейшая черта «Хаоса» Ньярлатхотепа заключается в его страсти обманывать и искушать людей. Высшее наслаждение для него — повергать человечество в ужас и отчаяние, доводя до окончательного безумия.

Никаких инцидентов, связанных с ним, мы пока не зафиксировали, поэтому временно считаем его ещё не пробудившимся… Или же он просто выжидает подходящего момента.

Линь Цие задумчиво кивнул:

— Да, подобных проявлений мы действительно не встречали.

— В любом случае, нам следует неустанно остерегаться этих трёх затаившихся на Земле божеств Ктулху… Иначе последствия будут катастрофическими, — Цзи Нянь облизала пересохшие губы и добавила: — О чём должна была предупредить — я предупредила. Если у исследовательского корпуса № 2 появятся новые зацепки, я сразу тебе сообщу.

Тебе ведь нужны сведения по шумерской мифологии? Ищи не спеша, а у меня ещё полно дел.

Попрощавшись с Линь Цие, Цзи Нянь вышла прямо из замка.

Линь Цие в последний раз окинул взглядом хранилище реликвий Ктулху, глубоко вдохнул и медленно выдохнул, всё ещё не до конца оправившись от потрясения.

Он вернулся на третий этаж замка, наугад взял одну из папок с материалами по шумерской мифологии, опустился на пол и принялся внимательно читать.

Хоть Цзи Нянь и говорила, что документов по шумерским мифам немного, собрать воедино полезные крупицы из этих разрозненных фрагментов было колоссальным трудом.

Минута текла за минутой. Когда Линь Цие перелистнул последнюю страницу и покинул замок, над Утопией уже стояла глубокая ночь.