Глава 1227. Ты — богиня

Исполинский образ был облачён в тёмно-красный плащ; попирая ногами звёздный свет и увенчанный ночной тьмой, он сквозь бушующий песчаный вихрь взирал сверху вниз на Бефиту и Номера 22. Ликом он ничем не отличался от Линя Цие, разве что аура его была куда более величественной и торжественной.

Это не был извлечённый у Великого Мудреца «Аватар, Равный Небу», не был и «Аватар Цинъюаня», которому его научил Ян Цзянь.

Это было «Подобие Неба и Земли», созданное самим Линем Цие после того, как он до конца сплавил обе техники воедино и сотворил нечто, принадлежащее лишь ему одному. Его облик не был ни демонической обезьяной, ни Истинным владыкой Цинъюань Мяодао — это был сам Линь Цие.

«Подобие Неба и Земли» — тайное искусство, подвластное лишь горстке богов Великой Ся. Пока вокруг есть духовная энергия, его можно применять вовсе без духовных сил, и в ситуации, когда все духовные силы оказались выкачаны подчистую, оно оставалось единственным и самым мощным оружием Линя Цие!

— Это он? — нахсупился Номер 22, глядя на исполина с недоумением. — Но ведь его духовные силы должны были полностью иссякнуть… Что это ещё за способность?

Лицо Бефиту, лишившегося руки, сделалось столь же мрачным и напряжённым.

В то же мгновение меж бровей аватара Линя Цие распахнулось вертикальное око, и чудовищное давление хлынуло во все стороны!

Под взглядом этого третьего глаза Бефиту и Номер 22 застыли на месте: показалось, будто невидимые исполинские длани стиснули их тела, намертво приковав к земле.

То была способность, изначально принадлежавшая «Аватару Цинъюаня», но теперь Линь Цие вплавил её в свой собственный аватар.

Колосс, подпирающий небо и стоящий на земле, щёлкнул пальцами. Под вой яростного ветра длинный меч, словно радуга, рассёк небосвод и устремился прямо к Номеру 22!

Зрачки Номера 22 сжались. Позабыв обо всём, он одновременно высвободил утроенную мощь ранга «Клейн», направив розовые волны энергии внутрь собственного тела, и лишь благодаря этому с трудом разорвал сковывающие путы вертикального ока и покачнулся назад.

Меч Небесных Густых Облаков пронёсся в волоске от его сердца и, словно нож сквозь тофу, начисто отсёк Номеру 22 кисть руки.

Под истошный вопль царская «Чаша» вместе с отрубленной кистью отлетела на десятки метров, подхваченная порывом ветра.

В тот же миг подпирающий небо аватар шагнул вперёд и возник прямо перед Бефиту. Огромная чёрная рука величиной с гору взмыла ввысь и с сокрушительной, уничтожающей всё живое силой обрушилась вниз!

Бефиту, чью руку верховного бога срубил «Меч», не мог выдержать такой удар одной лишь грубой силой, а использовать Божественные руины был не способен; ему оставалось лишь стиснуть зубы и стремительно отпрянуть назад.

Бабах!..

Кулак аватара врезался в пустыню. К небесам взметнулась страшная песчаная буря. Бефиту глухо охнул, отлетел на сотни метров и рухнул на песок, а из уголка его рта засочилась струйка крови.

Он медленно поднялся на ноги, не сводя глаз с аватара, и утёр кровь с подбородка. В его груди бешено колотилось ослепительно-белое сердце, с невероятной скоростью залечивая внутренние повреждения.

«Даже после такого — лишь лёгкая рана… Это тело — сущее мошенничество!» — пробормотала душа Линя Цие внутри аватара.

Недавний удар Бефиту переломал ему рёбра и едва не разорвал внутренние органы; если бы не крещение силой веры и не проглоченный бессмертный персик, сделавшие его тело в разы крепче, чем у любого практика того же уровня, этот кулак стёр бы его в порошок.

И хотя удар аватара Линя Цие тоже нанёс Бефиту немалый урон, чудовищная восстановительная сила того сердца всего за пару вдохов свела всё к лёгкой царапине.

Оба они находились на ранге «Клейн». Линь Цие со своим множеством Божественных руин превосходил все мыслимые пределы, но всё же оставался в рамках границ своего уровня. А вот Бефиту, пересадивший себе торс верховного бога, был форменным читером!

Линь Цие ни капли не сомневался: застань такой удар врасплох даже настоящего бога, того оглушило бы до полусмерти.

После яростной схватки Линь Цие, Бефиту и Номер 22 заняли позиции по трём сторонам, настороженно следя друг за другом в ожидании новой вспышки битвы.

— Погодите… А где «Чаша»?..

Номер 22 зажал кровоточащее запястье и огляделся по сторонам, но срубленной вместе с рукой «Чаши» нигде не было видно.

Линь Цие в форме аватара прищурился. Обладая обострённым восприятием духовной энергии, он внезапно ощутил нечто странное и резко вскинул голову к небу!

Бескрайний ясный небосвод серел прямо на глазах, будто кто-то набросил на него тонкую чёрную вуаль.

Солнечный свет угасал, золотые пески крупица за крупицей поглощала тьма, и над пустыней повеяло леденящим ветром, словно в глухую полночь лютой зимы — веяло дыханием запустения и смерти.

На самом краю ночного неба медленно всходил сияющий серп луны.

Это не было способностью Линя Цие.

«В этой сокровищнице есть кто-то ещё?» — у Линя Цие возникло дурное предчувствие.

Не успели затихнуть слова Номера 22, как сияющий серп вдруг причудливо закружился в вышине, превратившись в лёгкую одинокую ладью. По ночному небу пошли волны ряби, и ладья плавно поплыла навстречу троим противникам.

В этой серповидной ладье, словно призрак, стоял сгорбленный старик.

В левой руке он держал сочащуюся кровью оторванную руку, а перед ним парил тёмно-золотой кубок.

— «Чаша»?..

— Моя рука?! — в один голос вскрикнули Номер 22 и Бефиту.

Старик сжимал оторванную конечность и горящим взглядом взирал сверху вниз на Бефиту, словно на бесценное сокровище. На его губах заиграла усмешка:

— Воистину, небеса не желают гибели Шумеру… Надо же, прислали сюда столь превосходную жертву! Вековое затворничество наконец-то принесёт свои плоды.

Его пальцы с силой сжались на руке верховного бога — и раздавили её!

Бах!

Рука рассыпалась тучей кровавых нитей и втянулась в «Чашу». Колышущееся вино стремительно поднялось: оно не просто восполнило всё, что Номер 22 потратил на желание, но увеличилось в объёме в несколько раз, едва не переливаясь через край!

— Плохо дело! Остановите его! — сообразил Линь Цие. Уста аватара приоткрылись, и его голос раскатом грома разнёсся по округе.

Номер 22 и Бефиту тоже поняли, что дело неладно. Оба взмыли в воздух, устремляясь к лунной ладье в небесах.

Номер 22 вскинул зажатый в руке «Скипетр», собираясь активировать его силу, но пустота перед ним внезапно искривилась!

Чёрные пряди волос водопадом хлынули из Пустоты, окутывая фигуру Номера 22. Из этой гривы волос вынырнула тонкая, словно лишённая костей ладонь, легко перехватила верхнюю часть «Скипетра» и мгновенно остановила замах.

Зрачки Номера 22 сузились. Вскипела утроенная духовная сила ранга «Клейн» — он попытался вырвать «Скипетр», но сколько ни силился, оружие сидело в хватке той руки намертво, точно зажатое в тисках!

Неужели эта внешне хрупкая рука обладает столь ужасающей мощью?!

Пока Номер 22 пребывал в шоке, из клубящихся прядей волос выступил стройный бледный силуэт.

Это была женщина в белоснежном одеянии, с лицом холодным, как лёд. Левой рукой она намертво держала «Скипетр», в правой сжимала копьё и, чуть прищурившись, смотрела на Номера 22 сверху вниз. Небывалое, давящее чувство накатило на него с головой.

— Эта женщина… — Во взгляде её прекрасных глаз Номеру 22 вдруг почудился знакомый женский образ, и лицо его исказилось от неподдельного ужаса:

— Богиня!.. Ты богиня!..