Глава 1253. Ярость Тора

Получив утвердительный ответ от Линь Цие, Номер 22 ухмыльнулся ещё шире.

— Какой у тебя план? — тут же спросил Номер 22.

Линь Цие ненадолго задумался и вместо ответа задал встречный вопрос:

— Сколько божественных артефактов из Сокровищницы царя ты спрятал?

Лицо Номера 22 помрачнело.

Со слов Гильгамеша Линь Цие уже знал, что части божественных артефактов не хватает. А в тот момент в сокровищнице, помимо богов Шумера и группы Линь Цие, унести артефакты мог только один выживший — Номер 22.

Если не произошло ничего непредвиденного, то пропавшие Скипетр и Меч царя находились именно у него.

В глазах Номера 22 мелькнул огонёк, словно он колебался. В то же мгновение Линь Цие неторопливо заговорил вновь:

— Ты ведь сам сказал, что мы на одной стороне. И до сих пор хочешь припрятать божественные артефакты про запас?

Выкладывай свои козыри прямо сейчас — это избавит нас от лишних неприятностей.

Стиснув зубы, Номер 22 пересилил себя и выдавил:

— Тот серебряный замок, способный связывать богов, а также Скипетр и Меч — всё было у меня… Но теперь они всё забрали.

— Значит, тебя оставили в живых лишь для того, чтобы при необходимости заставить активировать Скипетр?

Линь Цие мгновенно разгадал замысел богов.

— …Да, — тотчас бросил Номер 22. — Какое это имеет отношение к нашему плану?

— Только зная, при каких обстоятельствах они сами выпустят тебя отсюда, мы сможем действовать дальше, разве не так? — парировал Линь Цие.

Номер 22 промолчал.

— Мне нужно хорошенько подумать.

Линь Цие больше ничего не сказал. Он в одиночестве прислонился к углу камеры и закрыл глаза, словно уснул.

На самом же деле его мысли неслись с бешеной скоростью.

По правде говоря, выбраться отсюда для Линь Цие не составляло особого труда: с Чашей в руках он имел силу исполнить любое желание.

Но проблема заключалась в том, что его цель вовсе не сводилась к банальному побегу, как у Номера 22… Он стремился найти самый подходящий момент и открыть для богов Великой Ся Радужный мост в Асгард!

Стоило взглянуть на дело шире, как появлялось слишком много деталей, требовавших расчёта.

Не позавидует ли Номер 22, когда Линь Цие пустит в ход Чашу? Не станет ли он принуждать Линь Цие использовать Чашу ради своего спасения? А после — не предаст ли его при первой же возможности? И хватит ли оставшихся в Чаше подношений для выполнения этой задачи?

Взвесив всё снова и снова, Линь Цие отказался от мысли уйти прямо сейчас с помощью Чаши. Лучше всего было вообще не давать Номеру 22 повода узнать, что Чаша у него в руках.

В конце концов, он прекрасно понимал, что Номер 22 за человек.

А если не пускать в ход Чашу, то, чтобы выбраться отсюда, оставался лишь один путь: Тор должен отпустить его сам…

В памяти Линь Цие мгновенно всплыла весть, которую он услышал сегодня на улицах Асгарда.

«Исчезнувшая Сиф…» — Линь Цие медленно открыл глаза, и во взгляде его блеснула догадка.

Он поднялся с пола, быстрым шагом подошёл к двери темницы и с силой заколотил по багровым прутьям решётки.

— Жить надоело?! — свирепо рявкнул стражник, охранявший темницу, и мигом подскочил ближе.

— Мне нужно видеть Тора, — спокойно произнёс Линь Цие.

……

Асгард.

Тор вышел из своего храма. Лицо его было темнее тучи.

— Ну как? — спросил стоявший под ступенями бог войны Тюр.

— Ничего, — Тор крепко сжал кулаки, в его глазах проступили налитые кровью прожилки. — Обыскали всё, что могли. Сиф ни за что не ушла бы не сказав ни слова. Если только…

— Если только её кто-то тайно не похитил, — закончил фразу Тюр.

Тор ничего не ответил, лишь молча повернул голову в определённую сторону, и во взгляде его всколыхнулась лютая ярость.

В Асгарде было немного тех, кто способен тайно похитить богиню плодородия, а уж тех, у кого был для этого мотив… и вовсе один.

— Локи!!

Тор низко зарычал, мышцы на его руках вздулись буграми.

Грянул оглушительный грохот: храмовые ступени под его ногами разлетелись вдребезги, оставив исполинскую воронку, а сам он обратился в толстый столб молнии и в миг рассёк небосвод!

Бог войны Тюр качнулся и устремился следом.

Эта молния, напоённая жаждой убийства и яростным рёвом, тут же привлекла внимание богов Северной Европы по пути. Они с недоумением смотрели в сторону, куда умчался Тор, а затем, словно догадавшись о чём-то, переменились в лице.

Храм Локи.

С неба рухнула молния, разнеся в каменное крошево плиты перед входом.

Тор в алом плаще сжимал серебряный молот. Вокруг него, точно змеи, извивались электрические разряды, а во взгляде, объятом молниями, пылала жажда убийства.

— Локи!! Выходи!

Громоподобно взревев и не дожидаясь ответа, он метнулся к величественным вратам храма. Тор занёс серебряный молот — и плотная стена молний, подобно цунами, вышибла двери настежь!

Его яростный рёв раскатился по сумрачному мёртвому залу. В высоком храме никто не вышел навстречу и никто не отозвался; он походил на зияющую пасть бездны, поджидавшую гостя.

Тор нахмурился, ступил на искрящиеся вспышки молний и зашагал внутрь.

В мерцании электрического света из тьмы постепенно проступил силуэт с длинными волосами.

— Сы Сяонань? — Тор разглядел лицо девушки, и брови его сдвинулись ещё сильнее.

Он сделал шаг, и вспышка молнии в то же мгновение перенесла его прямо к Сы Сяонань. Могучая рука сомкнулась на её горле, медленно отрывая от пола.

Перед чудовищной божественной силой и молниями Тора Сы Сяонань была совершенно беззащитна. Она вцепилась обеими руками в его запястье, смертельно бледная.

— Ты рассказала мне, где находится Сокровищница царя, лишь для того, чтобы отослать нас подальше и дать Локи возможность похитить Сиф? — Тор уставился налитыми кровью глазами на мучившуюся от боли Сы Сяонань и глухо процедил сквозь зубы: — Вы с Локи и впрямь одного поля ягоды.

Сы Сяонань, борясь за дыхание, посмотрела в пылающие яростью глаза Тора, сжала губы и не проронила ни слова.

Тор видел, как её взгляд начинает мутнеть, а дыхание становится всё тяжелее. Он перевёл взор в глубину зала, и его громоподобный голос загремел вновь:

— Локи!! Ты будешь вот так смотреть, как я убиваю твоего представителя?! Твоё сердце и впрямь из железа?!

С этими словами Тор изо всех сил швырнул полуживую Сы Сяонань в сторону. Ударившись о внутреннюю стену храма в углу, она глухо застонала от боли.

Дрожащими пальцами Сы Сяонань коснулась тёмного следа от удушья на шее и жадно, судорожно задышала, бросив на Тора сложный, нечитаемый взгляд.

В конце концов Тор так и не убил её.

В этот миг фигура в глубине зала не спеша поднялась с трона. В полумраке Локи подпёр подбородок рукой и, прищурившись, насмешливо посмотрел сверху вниз на объятого молниями Тора:

— Ты ведь всё равно не стал бы по-настоящему убивать её… Не так ли? Мой лицемерный и жалкий Тор.