Глава 1291. Душа, которой не существовало?

От этих слов в голове Линь Цие словно прогремели бесчисленные раскаты грома!

Его мысли обратились в сплошную пустоту.

— Что это значит?! — Линь Цие крепко нахмурился. — Как это в его теле всего одна душа?!

— В самом прямом смысле, — шепотом произнесла Скульд. — Сотню лет назад сестра Идун и правда отдала свое сердце брату Браги... но ведь это было всего лишь сердце! Сердце — просто орган, и с душой это совершенно разные вещи!

Еще до вашего прихода старшие сестры проверяли его несколько раз. В его теле с самого начала и до конца была только его собственная душа!

Души сестры Идун вообще никогда не существовало, как же ее можно было отделить?

Линь Цие застыл на месте, будто каменное изваяние.

Души Идун... вообще не существовало??

— Старший брат, ты только что сказал, что все эти годы он переписывался с собственной женой... В мире и правда не могло найтись второй сестры Идун, которая знала бы столько подробностей об их прошлом. Но не забывай: помимо сестры Идун был еще один человек, знавший обо всем, что с ними происходило...

Он сам...

Скульд беспомощно закрыла глаза и медленно произнесла:

— Быть может, все эти годы он просто писал письма самому себе, вот только даже не замечал этого.

Лицо Линь Цие вмиг смертельно побледнело!

В полузабытьи в его памяти стремительно промелькнули все разговоры с Идун.

«Я... меня зовут Идун».

«...Я недооценила силу Тумана. Ни я, ни Браги не обладаем высоким божественным статусом. Я повелеваю силой вечной юности и за счет мощной жизненной энергии еще могла хоть как-то противостоять Туману, но Браги не мог...»

«Я отдала ему свое сердце...»

«Когда я отдавала ему сердце, он уже был без сознания, к тому же я каждый раз выходила лишь после того, как он засыпал... Он совершенно не подозревал о моем существовании».

В его голове живо всплыли воспоминания о больнице: «Идун», глухой ночью поднимающаяся с кровати и наряжающаяся перед зеркалом; «Идун», с нежностью смотрящая на отражение Браги в зеркале; «Идун», с улыбкой записывающая для Браги истории из их прошлого...

В белом полупрозрачном одеянии он сидел перед бронзовым зеркалом при тусклом свете свечи, и его взор был полон такой пронзительной печали и тоски.

Если это была не Идун... то кто?

Вторая личность, скрывавшаяся в теле Браги?

Если все действительно так, то болезнь Браги с самого начала была вовсе не любовной тоской... а неким крайним проявлением расщепления личности?!

Линь Цие будто о чем-то вспомнил и резко вскочил с валуна:

— Нет... невозможно... как такое вообще может быть?! Я ведь собственными глазами видел у него способности юности, принадлежавшие Идун...

Линь Цие отчетливо помнил: в больнице на панели лечения Браги в скобках стояло имя «Идун», а во время извлечения способностей он даже вытянул принадлежащий Идун «Вечный тайный сад»!

Если Идун была иллюзией, откуда тогда взялись эти способности?

— Разве это трудно понять? — Скульд моргнула. — Богиня вечной юности Идун отдала брату Браги свое сердце. Это сердце билось в его груди несколько сотен лет и давно срослось с ним воедино.

Теперь он не просто скандинавский бог поэзии и музыки, но одновременно и новый бог вечной юности!

В его теле заключены сразу два закона мироздания: музыки и вечной юности.

Он... воистину два бога в одном теле.

Линь Цие остолбенел.

Два бога в одном теле...?

Опомнившись, Линь Цие тут же погрузил сознание в психиатрическую больницу всех богов в глубине своего разума!

Едва его силуэт появился во дворе, перед ним возникла призрачная панель:

«Прогресс лечения Браги: 100%».

«Лечение бога поэзии и музыки Браги завершено. Пожалуйста, немедленно покиньте больницу».

«Условия для получения награды выполнены. Начинается случайный выбор божественной способности Браги...»

Под этими строками в небытии безмолвно парили два колеса способностей.

Одно принадлежало богу поэзии и музыки, второе... богу вечной юности.

Линь Цие несколько раз перечитал надписи на панели, и в его глазах отразилось искреннее неверие.

Имя «Идун» в скобках... исчезло?

Почему?!

Неужели в палате номер три этой больницы с самого начала и правда находился лишь один Браги?

Но если так, почему в титуле было указано только «бог поэзии и музыки»? А где же «бог вечной юности»?

Словно подстраиваясь под мысли Линь Цие, виртуальная панель перед ним внезапно дрогнула, и одна из строк переписалась прямо на глазах:

«Лечение бога поэзии и музыки, бога вечной юности Браги завершено. Пожалуйста, немедленно покиньте больницу».

Увидев эти изменения собственными глазами, Линь Цие окончательно обомлел.

Она... сама изменилась?

Как такое возможно?!!

Системные уведомления больницы изменились впервые за все время, на корню перевернув представления Линь Цие... Он чувствовал, что здесь что-то не так, но в чем именно крылась загвоздка, понять не мог.

Сбой произошел в самой больнице? Или проблема была в нем самом?

Линь Цие ощущал, как его мысли смешались в кашу, лишая способности рассуждать. В этот момент снаружи донесся глухой звук.

Опомнившись, Линь Цие взглянул в сторону сумрачной пещеры.

Барьер, возведенный Верданди, уже развеялся. Держа в руках мистический кристалл, переливавшийся мутным фиолетовым сиянием, она неспешно выходила из пещеры. Следом за ней, пошатываясь, будто пьяный, плелся Браги.

— Верданди... ты... подожди меня! — запинаясь, Браги преградил ей путь. Он изо всех сил таращил глаза, в которых полыхал огонек надежды. — Где моя жена? У нас получилось?!

— ...Получилось, — с безграничной мягкостью ответила Верданди. Она вложила фиолетовый кристалл в руки Браги. — Душа Идун уже помещена в этот кристалл. Нужно лишь доставить его в первооснову Асгарда для подпитки, и тогда можно будет постепенно воссоздать ее физическое тело...

Скоро вы встретитесь.

Услышав это, Браги засиял от безумного восторга. Словно величайшую драгоценность прижимая кристалл к груди, он тихо позвал:

— Идун... Идун? Ты меня слышишь?

— Внутри этого кристалла ее душа напрочь отрезана от внешнего мира. Что бы ты ни говорил, она ничего не услышит, — произнесла Верданди. — Чуть позже мы пойдем вместе с тобой к Тору, чтобы он поместил кристалл в первооснову. После этого тебе останется лишь со спокойным сердцем ждать здесь ее возвращения.

— Хорошо! — Браги развернулся и торжественно произнес: — Премного благодарен трем богиням!

— Госпожа Верданди!

Линь Цие внезапно сделал шаг вперед и с предельной серьезностью посмотрел на высокую норну:

— Я хотел бы поговорить с вами наедине.

Верданди слегка прищурилась. Она взглянула на стоявшую рядом Скульд, которая виновато опустила голову, и кивнула:

— Хорошо, пройдемте сюда.

Линь Цие последовал за Верданди в глубь леса. Отойдя на достаточное расстояние от Браги и остальных, Линь Цие не сдержался:

— В теле Браги и вправду была только его собственная душа?

Верданди окинула его сложным взглядом:

— Судя по всему, Скульд уже обо всем тебе рассказала... Все верно. В его теле души Идун не существовало вовсе.

Я не знаю, почему и ты, и он считали, будто Идун все еще находится внутри него, но могу заявить с абсолютной уверенностью... Все это было ложью. Все происходившее — лишь плод его фантазии, ролевая игра и искупление вины из самых потаенных глубин его сердца.

Возможно, сотню лет назад, когда Идун отдавала ему сердце, он на самом деле все осознавал. Вот только он не смог смириться с этой правдой и потому создал другую «Идун», чтобы обмануть самого себя...

Он обманул и себя, и тебя.