Глава 1357. Возвращение

Граница Великой Ся.

Рассекая клубящийся Туман, Зеркало Куньлунь бесшумно приближалось к Великой Ся. На самом краю морского горизонта уже смутно проступали очертания Стены чудес.

— Наконец-то мы возвращаемся домой, — потянулся Толстяк Байли.

Линь Цие с обмотанными белой тканью ушами тоже с облегчением выдохнул, глядя на виднеющуюся вдали Великую Ся. На него накатила волна неодолимой усталости, и натянутые до предела нервы наконец расслабились.

От «Утопии» до собрания представителей, от «Сокровищницы царя» и до самого Асгарда… Линь Цие слишком долго скитался по Туману. Чувство смертельной опасности непрерывно тяготело над ним, изматывая тело и душу. Прежде он этого не замечал, но теперь, чем ближе они подходили к Великой Ся, тем сильнее становилась эта истома.

При виде далеких рубежей Великой Ся на душе у него воцарилось небывалое спокойствие.

— Кто-то приближается, — стоящая в центре Зеркала Куньлунь Си Ванму прищурилась и резко повернула голову в сторону, а божественная сила в ее теле забурлила.

Не только она — Сунь Укун, Ян Цзянь и Чжоу Пин тоже одновременно устремили взгляды вдаль, готовые в любой момент вступить в бой.

У Линь Цие екнуло сердце.

Неужели прямо у порога Великой Ся снова что-то стряслось?

Линь Цие и остальные проследили за их взглядами и увидели, что за пределами границ Великой Ся в воздухе парит хрупкая фигурка, словно в нерешительности колеблясь на месте.

— Похоже на скандинавское божество. Ускользнувшая рыба? — Сунь Укун перехватил Цзиньгубан, и его голос заметно похолодел.

— Погодите! — разглядев черты лица парящей фигуры, внезапно воскликнул Линь Цие. — Я… знаю ее…

Раздался невнятный голос Линь Цие, и уже готовые броситься в атаку боги Великой Ся замерли.

Вдали Скульд тоже заметила их приближение. Отыскав среди собравшихся фигуру Линь Цие, она почувствовала, как ее покрасневшие глаза вновь заволокло слезами…

— Линь Цие! — сорвавшись с места, Скульд стремительно бросилась прямо к нему.

— Скульд, что ты здесь делаешь?

Всхлипывая, Скульд пересказала все от начала до конца, но Линь Цие совсем ничего не слышал — лишь благодаря Си Ванму, передавшей ее слова прямо ему в разум, он понял, о чем речь.

— Что ж… тогда возвращайся в Великую Ся вместе с нами, — глядя на зашедшуюся в рыданиях Скульд, со сложными чувствами произнес Линь Цие.

Жертва Верданди и Урд подарила продолжение «будущему». Для уже погибшего скандинавского пантеона это, пожалуй, было благом…

И конечно, это означало, что Цзялань теперь спасена.

Стоявший неподалеку Цао Юань взглянул на приближающуюся границу Великой Ся и неожиданно вздохнул.

— Лао Цао, ты чего? — недоуменно спросил Толстяк Байли.

— Скоро уже ступим на землю Великой Ся, а «Ковчег Завета» мы так и не нашли, — покачал головой Цао Юань. — Когда дело осталось незавершенным, на сердце всегда чего-то недостает…

— Лао Цао, у тебя что, синдром навязчивых состояний? — цокнул языком Толстяк Байли. — «Ковчег Завета» пропал еще на Небесах. Даже если бы мы захотели его найти, где бы мы его искали?.. Может, Михаил уже отыскал «Ковчег Завета» и сам собирается доставить его в Великую Ся?

Пока они переговаривались, сбоку вдруг раздался голос:

— «Ковчег Завета»? Небеса? — Чжоу Пин на миг замешкался и легонько постучал по футляру для меча. В его ладонь опустился аккуратный квадратный ларец. — Когда я проходил над одной морской гладью, то каким-то образом случайно забрел в покинутое божественное царство — должно быть, это и были те самые Небеса, о которых вы говорите. Там я и нашел эту вещь… Взгляните-ка, не ее ли вы ищете?

Увидев этот ларец, Толстяк Байли и остальные невольно разинули рты…

***

Великая Ся.

Город Цаннань.

Тусклое заходящее солнце озаряло вывеску агентства «Мир», окрашивая ее в нежно-золотистый цвет. По оживленным улицам спешили домой прохожие.

Динь-дон — добро пожаловать!

Раздался звонкий электронный перезвон, и дремавший за стойкой Су Чжэ резко очнулся.

— Эм, мы уже закрылись, если у вас какое-то дело, приходите завтра, — зевая, пробормотал Су Чжэ.

Краем глаза он глянул на вход и опешил.

У стеклянной двери стоял огромный свирепый серый пес и глухо рычал на него, выглядя крайне агрессивно.

Следом за этим свирепым псом в лучах бледно-золотого заката перешагнула порог черноволосая девушка. Она обвела помещение взглядом, и в ее глазах промелькнули воспоминания и тихая печаль.

— Погодите, а ведь вы кажетесь мне знакомой… — Су Чжэ внимательно вгляделся в лицо девушки и озадаченно почесал в затылке, чувствуя, что определенно где-то ее видел.

Девушка осмотрелась, задержала взгляд на Су Чжэ и после недолгого молчания спросила:

— Кто сейчас командир 136-го отряда?

— Гань Яньюй… — машинально выпалил Су Чжэ, но тут же спохватился: — Вы тоже из Ночных стражей? Из какого отряда?

— Гань Яньюй… — повторила девушка это незнакомое имя, и разочарование в ее глазах стало еще глубже.

— …Я поняла.

Она развернулась и вышла за дверь.

Глядя, как силуэты девушки и пса скрываются в конце улицы, Су Чжэ внезапно осенило. Он бросился к висевшей на стене рамке с фотографией и принялся пристально вглядываться в снимок.

— Это же она?! — лицо в его памяти сошлось с одним из лиц на общей фотографии, и парень потрясенно вскрикнул: — Это Сы Сяонань?!

Бывший боец 136-го отряда?..

В голове Су Чжэ пронеслось бесчисленное множество мыслей. В конце концов он стиснул зубы и выскочил из дверей агентства вдогонку за ней!

Преследуя удаляющуюся фигуру, он покинул городскую черту. Зданий вокруг становилось все меньше, местность делалась все более дикой и заброшенной. Когда Су Чжэ наконец опомнился, то уже оказался в глухом, безлюдном пригороде.

К тому времени силуэт девушки окончательно пропал из виду.

«Разве это не рядом с кладбищем Ночных стражей?»

Су Чжэ узнал это место. Полагаясь на память, он миновал ворота кладбища и шаг за шагом двинулся вглубь…

Наконец среди надгробий он снова увидел фигуру девушки.

В лучах тусклого заката кружились золотые опавшие листья.

Девушка сидела посреди кладбища в полном одиночестве. Она бережно прижимала к себе надгробную плиту и с усилием высекала на ней что-то другой рукой.

Прозрачные слезы стекали по холодному камню. Подул легкий ветерок, колыхнув ее длинные черные волосы…

И до слуха Су Чжэ донесся едва слышный шепот:

— Лэн Сюань… мы дома.

***

На постели ресницы Браги дрогнули, и он медленно открыл глаза.

Густой цветочный аромат наполнил ноздри, заставив сознание мгновенно вынырнуть из полудремы. Он ошеломленно воззрился на знакомый бревенчатый потолок и мгновение спустя резко сел на кровати!

— Где я?.. — Браги растерянно огляделся по сторонам.

Он опустил взгляд на себя: на нем было чистое, опрятное одеяние, приятно прилегающее к коже. От ткани исходило тонкое благоухание, дарящее необъяснимое умиротворение.

Браги поднялся на ноги и, даже не обувшись, застучал по деревянному полу, бросившись к двери.

Со скрипом ветхого дерева створка распахнулась.

Фью-ю-у!..

Нежный весенний ветерок, напоенный сладостным ароматом цветов, пахнул Браги прямо в лицо.

Золотые волосы заколыхались под душистым порывом, и он с красивым, но растерянным лицом ошеломленно уставился на расстилавшееся перед ним бескрайнее море цветов роданте.

Бессчетные нежно-желтые лепестки взмывали в воздух, точно золотая волна, проносились мимо Браги и кружащимся вихрем улетали в лазурное небо…

Вдруг он заметил в море цветов изящный девичий силуэт, и его зрачки сузились!

Под лучами солнца среди нежно-золотых цветов стояла нежная дева в платье белее снега. Она чуть повернула голову и посмотрела на Браги, а ее прекрасные глаза от легкой улыбки изогнулись двумя полумесяцами.

— Мы снова встретились… Браги.

***

Том 4. «Симфония падения богов». Конец.

Следующий том: «Те, кем мы были раньше раньше».