Глава 1391. Способ преодолеть Предел

— Коснуться порога Предела ещё не значит стать Пределом человечества, — неторопливо раздался голос Ли Кэнцяна. — В истории было немало сильных людей, достигших пика ранга «Клейн», но тех, кто сумел перешагнуть этот порог и стать Пределом человечества, можно пересчитать по пальцам… Знаете почему?

Линь Цие и остальные покачали головами.

— Потому что порог Предела нельзя перешагнуть, просто достигнув нужной ступени.

Что такое Предел человечества?

Только тех, кто преодолел теоретический предел человеческих возможностей и дошёл до самого конца видовой эволюции, можно назвать «Пределом». На этом уровне человек оказывается на наивысшем пике, доступном виду под названием «человек».

Наш биологический вид, наши гены предопределили, что мы можем дойти лишь до этой черты. Этот финал был предрешён ещё в миг зарождения человечества.

Преодолеть Предел человечества означает, что весь потенциал нашего человеческого тела раскрыт до предела — и дух, и плоть.

Ли Кэнцян сделал паузу:

— Вы ведь все видели, как применяют «Зов духов и богов»?

— Видели.

Линь Цие не просто видел: он сам его применял. В отряде «Ночной покров» лишь он и Шэнь Цинчжу испытали на себе, каково это — выжать весь свой потенциал до последней капли.

— Действие Зова духов и богов заключается в том, чтобы насильственно высвободить скрытый потенциал человеческого тела. Чем ниже ступень, тем сильнее эффект от применения. Тем, кто вообще не пробудил собственные Запретные руины, он даже может помочь ненадолго активировать способность, запрятанную в самых глубинах тела.

Однако для Пределов человечества эта вещь бесполезна, ведь их собственный потенциал уже раскрыт до предела.

Цао Юань задумчиво произнёс:

— Значит, брат Ствол, ты собираешься устроить нам тренировки для раскрытия физического потенциала тела?

Уголки губ Ли Кэнцяна слегка приподнялись:

— Это лишь одна часть.

— Есть что-то ещё?

— Насчёт раскрытия физического потенциала я не беспокоюсь. Если дать вам достаточно времени и достаточно испытаний на грани жизни и смерти, рано или поздно вы раскроете его полностью. В конце концов, это требует лишь времени и накопленного опыта… Разумеется, за исключением Ань Цинъюя, — Ли Кэнцян намеренно исключил Ань Цинъюя. — Пробудить весь телесный потенциал — значит лишь наполовину ступить за Предел человечества. Сделаете ли вы настоящий шаг, зависит вот от этого.

Ли Кэнцян ткнул пальцем себе в сердце.

— Сердце — связующая нить между плотью и духом.

Потенциал тела можно раскрывать внешними силами, но с мозгом так не выйдет. Мозг — источник нашей духовной силы и самое загадочное место в теле. Чтобы пробудить его потенциал, нужно войти в особый душевный настрой, который войдёт в резонанс с мозгом, направит внутренний потенциал тела на прорыв духовной сферы и позволит сделать тот самый шаг…

Но такое особое состояние души не возникает по заказу. Девяносто девять процентов тех, кто достиг пика «Клейна», застревают именно на этой преграде и за всю жизнь так и не могут шагнуть за Предел.

Эту преграду мы называем «сердечным барьером».

— «Сердечный барьер»? — пробормотал Линь Цие.

Он знал, как нелегко стать Пределом человечества, но о существовании «сердечного барьера» слышал впервые.

— И что же… представляет собой это особое душевное состояние? — с сомнением спросил Ань Цинъюй.

— Тут всё зависит от человека и от удачи, — подумав, ответил Ли Кэнцян. — Вы знаете историю о том, как Фань Цзинь сдал экзамен на цзюйжэня?

— Знаю, — кивнул Линь Цие.

Толстяк Байли с озадаченным видом почесал подбородок:

— Припоминаю, вроде где-то слышал…

— В этой истории говорится о книжнике по имени Фань Цзинь. С самого детства он жил в нищете и надеялся изменить свою судьбу с помощью государственных экзаменов. Он сдавал их больше двадцати раз подряд и постоянно проваливался, бессмысленно влача жалкое существование полжизни… Но внезапно в один прекрасный день он сдал экзамен и получил степень цзюйжэня. От безумного восторга у него помутился рассудок, и он сошёл с ума.

Это пример того, как резкая перемена душевного настроя и эмоций влияет на мир духа. Разумеется, Фань Цзинь был обычным человеком, я просто привёл пример.

Ли Кэнцян поднял пальцы и принялся загибать их один за другим:

— Или, к примеру, богатей, годами державший в руках богатства всей округи, внезапно сталкивается с бедствием: его душевный склад меняется, он раздаёт всё своё состояние и уходит жить в горы и леса, возвращаясь к первозданной простоте… Словом, запредельная радость, запредельная скорбь, запредельный гнев или озарение, подобное отрешению от мирской суеты, — всё это относится к особым душевным состояниям.

Сумеет ли человек обрести такой душевный настрой, во многом зависит от его личного жизненного пути… Хотя бывают и исключения.

Ли Кэнцян, словно вспомнив о чём-то, пожал плечами:

— Вы ведь все знаете Чжоу Пина? Благодаря его «Хрустальному сердцу младенца» его душевный настрой всегда остаётся в чистейшем и простейшем состоянии… Так что для него «сердечного барьера» попросту не существует.

Объяснение Ли Кэнцяна несло в себе слишком много важных сведений, и Линь Цие с товарищами погрузились в глубокие раздумья.

Линь Цие почему-то вспомнил гибель отряда «Маска», которую он видел в рыбацкой деревне под алой луной.

Ван Мянь тоже стал Пределом человечества лишь тогда, когда своими глазами увидел, как товарищи гибнут один за другим, и погрузился в пучину безмерной скорби и ярости… Неужели именно тогда он преодолел свой сердечный барьер?

А ещё Бред: этот тип перешагнул в ранг «Безмерный» ещё в прошлом веке, но за сорок с лишним лет так и не смог стать Пределом человечества. Наверняка дело тоже во многом связано с сердечным барьером.

— Словом, нынешняя тренировка делится на две части, — Ли Кэнцян поднял два пальца. — Первая — раскрытие скрытого потенциала вашего тела. Ей отведена меньшая доля. Главное же блюдо — вторая… подготовка к будущему преодолению «сердечного барьера».

Пока результаты тренировок меня не удовлетворят, что бы ни случилось, вы не покинете это место. Понятно?

Линь Цие и остальные переглянулись, после чего Линь Цие с сомнением спросил:

— Но брат Ствол, ты же сам сказал, что «сердечный барьер» преодолевается только благодаря личному опыту и превратностям судьбы? Как же нам готовиться? И… до какой степени должна дойти эта подготовка, чтобы ты остался доволен?

— Когда я сочту, что доволен, тогда и буду доволен, — небрежно отмахнулся Ли Кэнцян, наглядно показав, что значит пустая болтовня.

Линь Цие: «…»

— Для начала займёмся сегодняшней тренировкой потенциала, — неторопливо продолжил Ли Кэнцян. — Для вас нынешних подавляющее большинство обычных методов закалки тела уже бесполезны. Поэтому самый простой и грубый путь — заставить вас взглянуть в лицо страху смерти прямо в бою.

Вообще-то внушать вам этот страх должен был я, однако… теперь у нас есть кандидатура получше.

Ли Кэнцян слегка улыбнулся и повернулся назад.

Линь Цие и остальные проследили за его взглядом и увидели на скале опрятную фигуру в белой рубашке с алебардой фантянь в руке — неизвестно, когда именно он успел там появиться.

— Это же… — глядя на удивительно молодое лицо незнакомца, Линь Цие почувствовал, что оно кажется смутно знакомым.

— Здравствуйте, — фигура на скале сделала короткую паузу.

— Я третий главнокомандующий Ночных стражей Великой Ся… Моё имя — Тан Юйшэн.