Глава 1394. Томатный котёл

Исполинские тени на морском дне погрузились в молчание.

— Я слышал, что у вашего племени, помимо поразительного таланта к сокрытию, есть особая способность: видеть сквозь сотню ли расстояния и различать усик крошечного муравья, — медленно заговорил Юэ Хуай, словно вспомнив о чём-то. — Способны ли вы передавать увиденную картину другим?

— Передавать — нет, — отозвалась одна из громадных теней.

Вода заволновалась, исполинская тень шевельнулась, и из пены поднялось смоляно-чёрное щупальце. На самом его кончике быстро вращалось зелёное глазное яблоко, пока наконец не уставилось на стоящего перед ним Юэ Хуая.

— Чтобы видеть то же, что видим мы… тебе сперва придётся стать одним из нас, — продолжал гудеть голос тени.

Юэ Хуай взглянул на глаз перед собой и слегка нахмурился. В глубине его тёмных глаз блеснул огонёк, будто он о чём-то размышлял.

Через мгновение он всё же протянул руку, взял вертящееся яблоко и равнодушно произнёс:

— Стать одним из вас? Вы слишком много о себе возомнили. Вы всего лишь инструменты, созданные тем господином… А инструмент обязан сыграть свою роль в решающий момент.

— Ты!..

С бесстрастным лицом Юэ Хуай вскинул руку и вырвал собственный глаз. По щеке заструилась алая кровь. В следующий миг он силой вогнал зелёное глазное яблоко в пустую глазницу.

Окровавленное веко слабо моргнуло, и из самой глубины зелёного глаза неторопливо распустилось жуткое потустороннее сияние.

Юэ Хуай, чьё лицо было залито кровью, огляделся по сторонам, и на его лице промелькнуло удивление:

— А в этом глазу что-то есть.

Наконец он повернулся в сторону острова и слегка сощурил зелёный зрачок:

— Посмотрим, кто же защищает судьбу государства Великой Ся…

***

Остров.

Треск огня нарушал тишину.

Пламя яростно пожирало сухие ветви, неустанно облизывая днища огромных закопчённых чанов. Вода внутри нагревалась от жара, и клубы пара поднимались ввысь, растворяясь в воздухе.

В горячем целебном настое веки спавшего без памяти Линь Цие дрогнули, и он рывком распахнул глаза!

Все его мышцы мгновенно напряглись. Он инстинктивно забарахтался в воде, но тут же замер, поняв, что находится вовсе не в бескрайнем море.

Линь Цие тряхнул отяжелевшей головой. Сознание постепенно прояснялось. Он огляделся вокруг и вдруг остолбенел.

Юноша несколько раз сильно моргнул, чтобы убедиться, что не спит. Выражение его лица стало до крайности странным.

Они находились на открытой площадке перед бомбоубежищем. Прямо сейчас четыре больших чёрных чана стояли над четырьмя пылающими кострами, и в каждом из них плавало по бойцу отряда «Ночной покров».

Толстяк Байли, Цао Юань и Ань Цинъюй находились в остальных трёх чанах, крепко зажмурившись — судя по всему, они ещё не пришли в себя. Чёрный гроб Цзян Эр неподвижно стоял вертикально на огромном валуне неподалёку…

Кроме них, поблизости никого не было видно.

Линь Цие снова опустил взгляд на чан под собой. Тот был до краёв наполнен тёмно-красной жидкостью, которая от жара снизу булькала и пузырилась. Вокруг плавали ошмётки неведомых травяных снадобий, превращая всё это в подобие закипевшего томатного котла с мясом.

«Что за чертовщина?..»

Глядя на эту невероятную картину, Линь Цие совершенно ничего не понимал.

Он принялся лихорадочно перебирать воспоминания: если память ему не изменяла, перед потерей сознания он сражался с главнокомандующим Тан Юйшэном… Как же вышло, что, едва открыв глаза, он обнаружил себя варящимся в котле над костром?

— Кхе-кхе-кхе-кхе…

Линь Цие уже собирался вылезти, как вдруг из соседнего бульона… то есть из соседнего чана раздался надсадный кашель. Белая гора плоти с трудом села, на миг опешила, а затем огласила округу сочным, полным сил воплем:

— Твою же мать! Кто решил меня сварить?!

Толстяк Байли в панике попытался перевалиться через край чана, но, заметив в соседнем котле Линь Цие, вновь остолбенел.

— Цие, нас что, какое-то первобытное племя сцапало? — выдавил Толстяк после долгой паузы.

— …Вряд ли это первобытные люди, — Линь Цие наугад выловил кусочек лекарственного сырья и внимательно его осмотрел. — Я помню, что в бою мне переломали все кости до единой, а сейчас я практически здоров… Если не произойдёт ничего непредвиденного, это дело рук главнокомандующих.

Услышав это, Толстяк Байли с облегчением выдохнул.

Он тоже машинально зачерпнул со дна горсть и застыл каменным изваянием, разглядывая лежащие на ладони бадьян, лавровый лист и сычуаньский перец.

— Ц-Цие… это как-то не похоже на лекарства для поправки здоровья… — дрожащим голосом пробормотал Толстяк. — Скажи, а главнокомандующие часом не одичали от голода… пока тут сидели?

— Не паникуйте, это чтобы от вас не разило, — донёсся издалека невозмутимый голос Ли Кэнцяна. — Вы слишком долго плавали в морской воде, провоняли рыбой насквозь. Духов тут нет, вот я и взял специи со вчерашней готовки, чтобы отбить запах.

Цао Юань и Ань Цинъюй тоже проснулись один за другим и с любопытством озирались.

— Брат Ствол, а что с нами?.. — с недоумением спросил Линь Цие.

— Спасаем ваши шкуры, а заодно мягкими снадобьями пробуждаем ваш потенциал, — Ли Кэнцян окинул взглядом раскрасневшиеся лица четверых и с удовлетворением кивнул. — Судя по всему, первая тренировка дала отличный результат.

Линь Цие прикрыл глаза и обнаружил, что его духовная сила действительно выросла. Пусть немного, но для пика ранга «Клейн» даже малейший шаг вперёд был невероятной редкостью.

К тому же раны, полученные в битве, почти затянулись, и даже душевное истощение бесследно улетучилось.

— И сколько нам ещё здесь вариться? — поинтересовался Ань Цинъюй.

— Часа два, пожалуй, — Ли Кэнцян глянул на небо. — Сидите спокойно и мокните, а я дровишек подброшу.

Договорив, Ли Кэнцян выволок из соседнего перелеска ещё одну здоровенную охапку ветвей и принялся подсовывать их под чаны, отчего пламя разгорелось ещё жарче.

Для нынешних Линь Цие и остальных такой жар не представлял никакой опасности. Напротив, по телу разливалось приятное, расслабляющее тепло. Раз уж выбраться в ближайшее время всё равно не суждено, они просто закрыли глаза и стали получать удовольствие…

***

В сотне ли от острова.

Морской бриз скользил над волнами. Юэ Хуай всматривался в далёкий остров, и лицо его постепенно каменело.

Зелёное око отчётливо видело, как некий силуэт, охапками таская ветви, подкладывал дрова под четыре раскалённых чана… И в каждом из этих чанов на поверхности кипящей воды плавало по человеку. Тёмно-красная жидкость бурлила вокруг них, то и дело вынося на поверхность горошины перца и звёздочки бадьяна, а в небо столбом поднимался пар.

Под толщей воды исполинские тени, наблюдавшие за тем же самым, после долгого безмолвия не выдержали:

— Юэ Хуай, ты уверен, что мы не ошиблись местом?

Как ни посмотри, это же стоянка какого-то дикого племени… Как это может быть Драконьим Оком Великой Ся?!