Глава 710. Опасная первооснова

— Не прикасайтесь к этим каменным статуям без нужды. Раз они живые, любое внешнее воздействие может их разбудить, — предостерёг Рыцарь.

У Сяннань шёл среди каменных изваяний, внимательно изучая выражение лиц, взгляды и даже направление движений каждого из них. Спустя долгое время он остановился посреди статуй и в замешательстве посмотрел в определённую сторону.

— Что ты заметил? — спросил Рыцарь, видя, что У Сяннань о чём-то задумался.

— Судя по позам, почти все они бегут или слегка тянут руки вперёд, а во взглядах читается некая... жажда? Они за что-то боролись? — высказал догадку У Сяннань и, не отрывая глаз от того направления, продолжил: — И большинство из них устремлено именно туда.

— Что там?

— Не знаю. Возможно, нам стоит подойти и взглянуть.

Троица двинулась сквозь ряды свирепых каменных фигур. Чем дальше они заходили, тем плотнее стояли изваяния. На руинах этого святилища демонов застыло не меньше сорока обратившихся в камень «мистик», и волны исходившей от них ауры были по-настоящему пугающими.

Продвигаясь всё глубже, они наконец увидели перед собой невысокий чёрный храм.

Строение было высотой всего в два-три метра, а по площади не превышало обычную баскетбольную площадку. Тёмно-чёрные стены и древние каменные колонны подпирали крышу в стиле японского святилища. В самом центре высилась внушительная статуя божества: его тело обвивали золотые кольца, за спиной парили магатамы, а сам он выглядел невероятно доблестным и грозным.

Его левая ладонь была обращена кверху, словно удерживала нечто невидимое, но оставалась пустой. Над правой же ладонью парил серебристый шар из первозданного хаоса. В мраке святилища он излучал зловещий призрачный свет и колыхался, будто живой.

Едва У Сяннань и Рыцарь увидели эту серебристую сферу, как их взоры намертво приковало к ней, и они не могли отвести глаз. В глубине их сердец вспыхнуло небывалое вожделение — первобытный инстинкт, стоящий выше жажды выживания и продолжения рода, стремление живого существа к эволюции и освобождению от оков бренной плоти!

В самой глубине души непреодолимая сила заставляла их завладеть этим серебряным шаром!

Они безотчётно протянули руки, стремясь сжать серебристую сферу в ладонях...

И в этот миг пара белых рук одновременно перехватила их запястья.

Цзялань, облачённая в тёмно-синее ханьфу, встала перед ними, намертво стиснув их запястья. Во взгляде её читалась предельная строгость:

— К этой вещи нельзя прикасаться!

Но даже услышав это, затуманенные глаза У Сяннаня и Рыцаря ничуть не прояснились. Они не могли совладать с клокотавшей внутри жаждой и всё так же безотчётно боролись с Цзялань, пытаясь вырвать руки из её хватки и дотянуться до серебряного шара.

С У Сяннанем было проще: Цзялань легко сдерживала его одной рукой. Однако сила Рыцаря была колоссальной. Будучи одним из сильнейших рыцарей Алого лотоса лондонского «загона для людей», по крепости своего тела он давно превзошёл всё, что способен постичь обычный человек. К тому же Цзялань удерживала его только одной рукой, и совладать с ним в этот миг ей не удавалось.

Рыцарь сбросил руку Цзялань и резко вскинул запястье: чистый поток воды, подобно шёлковой ленте, метнулся вперёд, устремившись к серебряной сфере в руке статуи!

Его глаза пылали неистовым возбуждением и жаждой!

Увидев это, Цзялань будто вспомнила нечто дурное. Стиснув зубы, она резко вдавила кнопку на рукояти чёрного футляра — золотое копьё 【Небесные врата】 тут же выскочило наружу. В мгновение ока перехватив оружие, она нанесла точный укол прямо в ладонь Рыцаря!

Остриё копья пронзило ладонь Рыцаря насквозь. Хлынула кровь, и резкая боль вырвала его из наваждения. Во взгляде мелькнул неподдельный ужас.

— Прости, — с твёрдой решимостью в глазах произнесла Цзялань.

Свист—!!

Белоснежная нога со свистом рассекла воздух и с чудовищной силой врезалась ему в грудь. Страшный удар отбросил его более чем на двадцать метров: он врезался в тёмно-серую стену ограды и рухнул на землю.

Почти одновременно с этим струя чистой воды коснулась серебряной сферы. Бурлящий хаосом шар будто ожил: вспышка таинственного серебряного света устремилась по воде, в мгновение ока заполнив воздух, но резко оборвалась у самого края струи.

Не отшвырни Цзялань Рыцаря ударом ноги секундой ранее, этот серебряный свет уже проник бы в его тело.

К этому времени У Сяннань тоже очнулся. В потрясении он посмотрел на серебряную сферу, затем перевёл взгляд на раненого и отброшенного Рыцаря, и в глазах его отразилось недоумение.

— Что происходит? Что случилось?! — спросил У Сяннань, глядя на Цзялань с копьём в руках.

— К этой вещи нельзя прикасаться, — предельно серьёзно произнесла Цзялань. — По крайней мере, вам. Она несовместима с вашими телами и содержит примеси. Если опрометчиво впитать её, вы умрёте не позже чем через три месяца, и исцелить вас будет невозможно.

У Сяннань замер:

— Что же это такое?

Цзялань оглянулась на серебряную сферу и глубоко нахмурилась:

— Это... некая «первооснова».

— Первооснова?

— Почва, взращивающая законы мироздания. Впитав её, обретаешь возможность стать богом безо всякого риска, а уровень бытия возвышается настолько, что ты перестаёшь быть простым «человеком», — пояснила Цзялань.

— Стать богом без риска! — услышав эти слова, У Сяннань оцепенел.

Он оглянулся на свирепые каменные изваяния, с жадным стремлением тянувшиеся к святилищу, и его будто осенило:

— Значит, все эти твари рвались сюда, чтобы завладеть «первоосновой»?

— Скорее всего, да. «Первооснова» означает эволюцию ступени бытия, и ни одно живое существо не способно устоять перед её соблазном.

Услышав это, У Сяннань вздрогнул. Он повернулся к Цзялань:

— А как же ты? Почему на тебя она не подействовала?

Цзялань отвела взгляд и сжала губы, не проронив ни слова.

— Кха-кха-кха... — пошатываясь, Рыцарь поднялся у стены и, утирая кровь с губ, спросил: — «Первооснова»? Почему я о таком даже не слышал... Откуда ты вообще это знаешь?

Цзялань по-прежнему молчала.

Видя, что девушка не станет отвечать, У Сяннань и Рыцарь не стали настаивать. Они переглянулись, и во взглядах обоих промелькнула беспомощность.

Как бы то ни было, если бы Цзялань не остановила их вовремя, сейчас они, вероятнее всего, уже вобрали бы в себя эту «первооснову» и ждали скорой неминуемой гибели...

У Сяннань уже хотел что-то сказать, но его взгляд скользнул по земле, где мерцала серебристым светом вода, и зрачки его внезапно сузились!

Вода, смешанная с серебряным сиянием, текла по рытвинам руин прямо в гущу каменных изваяний. Призрачный серебряный свет заколыхался в воздухе, и все каменные статуи на этих руинах внезапно затряслись в яростной дрожи!

Земля содрогнулась от гула!