Глава 741. Приближается Ночной покров

— Одолжить «Божественное сокрытие»?

Фурухара Ёсики посмотрел на стоявшего перед ним Линь Цие, и лицо его приобрело весьма странное выражение.

«Ты в своём уме?

С какой стати владельцу клинка Бедствия вот так запросто одалживать клинок бедствия? Чем это отличается от того, чтобы делиться с кем-то собственной женой? А если одолжить его тебе, и ты просто сбежишь?

Мы с тобой разве настолько близки?»

— Это исключено, — отрезал Фурухара Ёсики.

Для Фурухары Ёсики «Божественное сокрытие» было не просто клинком бедствия: его душой клинка являлся мастер Когэцу, некогда ковавший эти клинки бедствия. Для Ёсики этот клинок был наставником и единомышленником — тем, в ком соединились учитель и друг.

Одолжить клинок?

Ни за что на свете.

Линь Цие тяжело вздохнул, и на его лице появилось выражение «так я и знал».

— Но сейчас этот клинок мне действительно крайне необходим, — попытался Линь Цие спасти положение. — Я ручаюсь невинностью Амэмии Харуки: когда закончу дело, обязательно верну его тебе.

— Невинностью Амэмии Харуки? — опешил Фурухара Ёсики. — А мне-то какое до неё дело?!

— ...

— Клинок я тебе ни за что не одолжу. Уходи.

Линь Цие молча стоял на месте, по-прежнему не собираясь уходить.

Почувствовав на себе пристальный, пылающий взгляд Линь Цие, Фурухара Ёсики вдруг ощутил, как по спине пробежал холодок.

— Ты... что ты задумал?

— Прости, — с виноватым видом произнес Линь Цие. — Когда всё закончится, я обязательно как следует извинюсь перед тобой...

*Лязг!*

Не успел Фурухара Ёсики сообразить, что происходит, как Линь Цие легко взмахнул зажатым в руке «Рассекателем белизны». Мелькнула белая вспышка, и с расстояния в добрый десяток метров клинок ссек висевшее на поясе кузнеца «Божественное сокрытие»!

Серый длинный клинок упал на землю.

Зрачки Фурухары Ёсики резко сузились!

Он резко выбросил руку, пытаясь схватить «Божественное сокрытие», но он был всего лишь кузнецом, не обладал боевой мощью и не отличался скоростью. Едва он протянул руку, как Линь Цие уже нырнул в пустоту, в один миг возник у него за спиной и молниеносно подхватил серый клинок.

— Ты!.. — схватив пустоту, Фурухара Ёсики резко обернулся к Линь Цие, и на его лице вспыхнула ярость.

— Прости, вздремни пока.

Держа «Божественное сокрытие» обухом вперед, Линь Цие легонько ударил кузнеца по затылку. Тот закатил глаза и рухнул как подкошенный, потеряв сознание.

Посмотрев на распростертое на земле могучее тело, Линь Цие тяжело вздохнул.

«Тут правда не моя вина...

Я и сам этого не хотел».

В этот момент серый клинок в руке Линь Цие яростно задрожал, и прямо из воздуха соткался старик в серых одеждах, гневно уставившись на юношу.

Он был душой клинка «Божественного сокрытия» и создателем Девяти клинков бедствия — Фуруцуки Хироки.

Клинок бедствия отобрали, его повелителя клинка Линь Цие оглушил — мастер Когэцу ни за что не остался бы спокойно сидеть внутри клинка, глядя на происходящее. Однако он не мог противиться Линь Цие, обладавшему «королевской кровью», и ему оставалось лишь буравить его взглядом, полным ярости и обиды...

— Мастер Когэцу, — серьезно произнес Линь Цие. — Не беспокойтесь, я беру вас лишь ненадолго. До наступления ночи я непременно верну вас обратно.

Не дав мастеру Когэцу вымолвить ни слова, Линь Цие махнул рукой:

— Затолкайте его обратно.

За его спиной одновременно возникли исполинский Белый Медведь, седовласый мужчина под дождем с зонтом в руке, зловещая угольно-черная статуя и ворон с пурпурным оперением. Их жуткая аура взметнулась подобно яростной волне, намертво подавив взбешенного мастера Когэцу и силой загнав его обратно в клинок.

Ведь прямо сейчас в руках Линь Цие находились еще четыре клинка бедствия!

— Столько клинков бедствия... — в глазах мастера Когэцу вспыхнул шок. — Что же ты задумал?!

Линь Цие ничего не ответил. Он лишь молча повесил «Божественное сокрытие» на пояс рядом с четырьмя остальными клинками.

Глубоко вдохнув, он положил ладонь на рукоять «Божественного сокрытия», чуть прищурился и, глядя в далекое небо, неторопливо произнес:

— Я собираюсь... перевернуть эту страну вверх дном!

С этими словами он обнажил «Божественное сокрытие», и тут же развернулась колоссальная область Божественного сокрытия, полностью укрывшая любые колебания ауры!

В глазах Линь Цие вспыхнули два ослепительных золотых луча!

Он сделал шаг вперед, и под его ногами заклубилась бесконечная облачная дымка, собираясь в единое облако, которое подхватило его тело и подняло в воздух.

«Облако-кувырок».

Под сокрытием ауры от «Божественного сокрытия» даже боги не смогли бы ощутить исходившие колебания Запретных руин. Иными словами, пока Линь Цие непрерывно поддерживал силу этого клинка, любой человек в этой области Божественного сокрытия мог беспрепятственно применять Запретные руины!

Быть может, для других владельцев клинков Бедствия «Божественное сокрытие» было не более чем бесполезной вещицей, пригодной лишь для того, чтобы прятаться.

Но для таких захватчиков, как Линь Цие, оно являлось божественным артефактом, способным раскрыть их силу на все сто процентов!

Линь Цие склонил голову и надел на лицо маску Сунь Укуна, придавшую ему зловещий и жуткий вид. Ступая по клубящимся облакам, он устремился ввысь и в мгновение ока исчез за горизонтом.

Непроглядный ночной мрак клубился в небесах,

подобно карающему всё сущее мечу тьмы.

Острие его целилось прямо в Токио, и жажда убийства рвалась к небесам.

В этот миг

бесчисленные смертные не ведали:

приближается Ночной покров.

...

Хоккайдо.

Элитный клуб.

В одной из комнат на кровати лежал Толстяк Байли, окутанный мягким белым свечением, а по его телу струились причудливые переливы.

Шло время, и окутывавший его тело белый свет начал постепенно таять, пока окончательно не исчез внутри нефритового жезла исполнения желаний в его даньтяне.

Ресницы Толстяка Байли слегка дрогнули.

Спустя пару секунд он медленно приоткрыл глаза.

Пустым, растерянным взглядом он тупо уставился в потолок над головой и лишь по прошествии некоторого времени окончательно пришел в себя, неторопливо поднявшись на кровати.

Он огляделся по сторонам, и во взгляде его отразилось недоумение.

«Где... это я?»

Он спустил ноги на пол и уже собрался открыть дверь, как вдруг приметил лежавший на прикроватной тумбочке лист белой бумаги.

На нем было написано:

«Толстяк, мы ушли в Токио драться. Если очнешься за это время, сиди в номере и жди, мы вернемся к вечеру.

— Линь Цие».

Толстяк Байли вполголоса прочитал написанное, остолбенел на мгновение, и глаза его вспыхнули ликованием.

Цие и остальные добрались?!

Они наконец-то здесь?!

Толстяк Байли без лишних слов положил записку обратно на тумбочку, подошел к окну и, глядя на ясное безоблачное небо, расплылся в довольной улыбке.

— Командный замес... и как же он обойдется без меня, молодого господина?

Братцы,

молодой господин уже идет!

Под его ногами проявилась исполинская черно-белая диаграмма Тайцзи Багуа, в мгновение ока накрыв собой всё здание клуба.

И тут же из пустоты устремился таинственный взор, словно выискивая следы Толстяка Байли.

— Снова лезешь ко мне? — Толстяк Байли вскинул бровь и, взглянув в пустоту над головой, усмехнулся: — Ты всего лишь дух артефакта! Видать, прежние уроки тебе впрок не пошли?

Тогда не обессудь, молодой господин церемониться не станет...

Он поднял руку навстречу пустоте, откуда падал таинственный взгляд, и медленно раскрыл ладонь:

— Обезоруживание... всего сущего!

...

...

Объявление от автора: в эту субботу, 12-го числа, в восемь вечера Саньцзю выйдет в прямой эфир в Douyin. Подписывайтесь на официальный аккаунт «Fanqie Xiaoshuo».