Глава 943. Злоба остра, как нож

Под оцепенелым взглядом женщины мальчик медленно подошёл к ней; на его измождённом лице проступило виноватое выражение.

— Прости… кхе-кхе-кхе… Я опоздал…

Юдзури Такисиро перепачканным в крови рукавом утёр губы, но даже от одного этого простого движения дыхание его стало невыносимо тяжёлым.

Его тело уже достигло предела.

За прошедшие десять с лишним лет силы его организма были исчерпаны до самого донышка. Последствия эксперимента по созданию бога оставили в генетической последовательности смертоносные изъяны, и если бы не препараты, силой добытые Юдзури Куротэцу, мальчик давным-давно превратился бы в труп.

В последние два дня чрезмерное напряжение сил вкупе с непрерывными битвами и погонями привели к тому, что копившиеся годами генетические сбои заявили о себе во всю мощь, а сдерживающий эффект лекарств стремительно угасал.

Именно поэтому даже на то, чтобы просто долететь сюда из другого места, у него ушло так много времени…

И всё же он пришёл.

Р-р-а-а-а-х!.. — волоча покалеченную лапу, трупный зверь-бык в ярости разинул пасть. Из его глотки хлынули чудовищно толстые жуткие щупальца, извиваясь и хлеща в сторону стоявшего перед ним Юдзури Такисиро.

Юдзури Такисиро неподвижно стоял на месте, спокойно глядя на заслонившие всё небо щупальца. Он лишь слегка шевельнул пальцем, и перед его взором промелькнула системная панель:

— Выбор предмета… Предмет древних боевых искусств ранга А, «Щит контратаки».

Маленький угольно-чёрный щит внезапно возник прямо из воздуха перед ним. Беснующиеся щупальца со свистом рухнули вниз, но едва коснулись поверхности щита, как наружу вырвался ослепительный луч, начисто рассёкший их все пополам!

Юдзури Такисиро развеял «Щит контратаки», с трудом поднял руку и указал пальцем прямо на голову трупного зверя.

Киберпанковое копьё, вонзённое в руины неподалёку, бешено задрожало, сорвалось с места и полетело обратно. С поразительной скоростью рассекая пустоту, оно пробило затылок трупного зверя-быка и вылетело наружу прямо из его межбровья!

Трупный зверь-бык, только собираясь сделать движение, внезапно задеревенел. Под всполохами технологического сияния его голова с грохотом взорвалась, и массивное тело бессильно рухнуло наземь, взметнув густые клубы пыли.

Это был сорок первый трупный зверь, поверженный Юдзури Такисиро.

Пф-ф!.. — в тот самый миг, как зверь был сражён наповал, Юдзури Такисиро выхаркнул кровь. Мучительно согнувшись пополам, он смотрел, как кружившееся в воздухе киберпанковое копьё, будто лишившись направляющей силы, бессильно упало на землю.

Лицо мальчика было белым как полотно.

Минуло немало времени, прежде чем он глубоко вздохнул и, уперевшись ладонями в колени, медленно поднялся с земли.

После гибели трупного зверя-быка множество залитых кровью жителей в ужасе бросились вон из бомбоубежища. Вслед за ними, пошатываясь, на свет вышли несколько десятков израненных мужчин: с яростными, налитыми кровью глазами, они сжимали в руках оружие.

Всего за несколько минут резня между своими внутри бомбоубежища унесла более тридцати жизней.

Обернувшись и увидев, что туша трупного зверя-быка распростёрта на земле, они преисполнились дикой радости и разразились безудержным хохотом:

— Ха-ха-ха! Сдох! Наконец-то он сдох!..

Глядя на покрывавшую их кровь, Юдзури Такисиро слегка нахмурился. Он уже приоткрыл рот, собираясь сказать что-то, как вдруг чьи-то руки вытянулись сбоку и с силой толкнули его на землю — его, кто лишь с огромным трудом смог подняться на ноги!

Обессиленно повалившись на землю, Юдзури Такисиро повернул голову вбок; во взгляде его читалась полная растерянность.

Перед ним стояла спасённая им женщина: дрожа всем телом и прижимая к груди уже остывшее тельце младенца, она вперила в Юдзури Такисиро налитые кровью глаза, из которых бурным потоком хлестали бескрайняя злоба и безумие!

— Почему?! Почему ты заявился только сейчас?! — на её лице не осталось ни капли рассудка, она истошно вопила: — Мой ребёнок умер! Он погиб! Приди ты хоть немного раньше, он ведь мог бы жить! Он остался бы в живых!!

Взгляд Юдзури Такисиро упал на бездыханного младенца на руках женщины, и мальчик оцепенел.

— Ты ведь бог?! Ты ведь спасающий мир Бог в белом?! Так почему ты даже моего ребёнка не спас?! Ну отвечай же!! Раз не спас его, зачем тогда спас меня?!

Голос женщины звучал всё громче. Стоя посреди развалин, она смотрела сверху вниз на поваленного ею Юдзури Такисиро и в роли спасённой жертвы исторгала самый надрывный, душераздирающий вопль.

Юдзури Такисиро лежал на земле. Чуть сжав губы, он медленно прикрыл глаза, стараясь скрыть скорбь в своём сердце.

Опустив голову, он долго молчал, а затем вновь, пошатываясь, поднялся с земли… Развернувшись и не обращая внимания на ругань женщины, он побрёл в другую сторону улицы.

Видя, что Юдзури Такисиро вовсе не обращает на неё внимания, женщина вспыхнула ещё более неистовой яростью. Наклонившись, она подобрала с земли камень и со всей силы швырнула ему в спину!

— Даже ребёнка спасти не в силах! Какой ты после этого Бог в белом?! — вновь взревела она.

Твёрдый камень угодил Юдзури Такисиро в спину, отчего мальчик слегка качнулся. Он не обернулся и не замедлил шаг; его одеяние, насквозь пропитанное кровью и ставшее алым, едва колыхалось на солоноватом ветру.

— Бог в белом! Ты не видел моего сына? Мы потеряли друг друга! Можешь помочь мне найти его? — подбежал к нему ещё один человек, с тревогой спросив.

Юдзури Такисиро помолчал и покачал головой:

— Простите… У меня ещё есть дела.

— Просто помоги найти! Только помоги! Ты ведь такой сильный! Найти одного ребёнка для тебя пара пустяков! — голос просителя становился всё громче, но видя, что Юдзури Такисиро по-прежнему твёрдо идёт вперёд, в его налитых кровью глазах тоже вспыхнула ярость. — Всего-то помочь мне найти сына! Сколько времени у тебя уйдёт?! Мой сын… моему сыну ведь только четырнадцать! Он же ещё ребёнок! Бог в белом! Неужели тебе не жаль оставлять в беде такого мальчика?! Неужели ты настолько бессердечен?!

Юдзури Такисиро на миг замер.

Спустя мгновение он всё так же молчаливо и твёрдо зашагал дальше…

— Бессердечный! Бездушный! И такой, как ты, ещё мнит себя богом, спасающим мир?! — человек сплюнул на землю, затем подобрал камень и вслед за той женщиной швырнул его мальчику в спину!

— Вот именно! Приди ты пораньше, мою жену не раздавило бы камнями насмерть! — точно так же яростно выкрикнул из толпы мужчина с налитыми кровью глазами.

— Нога! Моя нога сломана! Не опоздай ты, я стал бы лучшим легкоатлетом Осаки! Моё будущее разрушено!

— …

Под разъедающим влиянием алой луны жители один за другим впадали в безумие. Всю ярость, вызванную нашествием трупных зверей, они целиком перекладывали на стоявшего перед ними Юдзури Такисиро, а все свои несчастья и боль без остатка возлагали на Бога в белом…

Камни летели дождём, злоба разила, как нож.

Юдзури Такисиро, облачённый в залитое кровью одеяние, не обращал внимания на летящую с обеих сторон брань. Словно одинокий путник, оступаясь, но твёрдо, он шагал вперёд…

Словно что-то искал.