Глава 948. Возвращение Абсолютного зла

Багровые лучи один за другим прорезали сумрачный небосвод. Бесчисленные люди прятались среди руин и взирали на силуэт, стоявший под чёрным солнцем и истреблявший трупных зверей; в их глазах застыли благоговение и страх.

— Кто он? Бог в белом?

— Нет, он не Бог в белом. У Бога в белом и волосы, и одежда белые.

— Тогда куда делся Бог в белом?

— Не знаю... Неужели он уже...

— А вам не кажется, что этот человек смутно знаком?

— Знаком?

— Всё кажется, будто я его где-то видел... Он случайно не преступник в розыске?

— Я вспомнил! «Непростительное абсолютное зло»! Он — богохульник категории «Абсолютное зло»!

— ...

В тот миг, когда прозвучали эти слова, в памяти у всех всплыли появившиеся не так давно во всех уголках Японии ориентировки на преступников категории «Абсолютное зло» и те семеро богохульников, что стояли на Чистой земле и собственными руками сокрушили божественную власть.

— Это он! Точно он! Мир стал таким... это всё их вина!

— Это они уничтожили Чистую землю и оскорбили великих богов! Из-за них боги оставили нас!

— Они лишили нас электричества и погрузили нашу жизнь в вечную тьму!

— Я понял! Эти чудовища... всё это кара великих богов! Они оскорбили богов, вот великие боги и ниспослали все эти бедствия!

— До того как они уничтожили Чистую землю, мир был совсем не таким!

— Они — богохульники, губители мира, чудовищные преступники категории «Непростительное абсолютное зло»!

— Они... вернулись.

В этот миг небывалые отчаяние и страх охватили сердца людей, но никто не посмел броситься вперёд и бросить ему обвинения в лицо, ибо чёрное солнце, высоко парящее в небе, неумолимо излучало волны погибели.

Р-р-ра-а-а-а!..

С окраин города то и дело доносился грозный рёв трупных зверей.

Шло время, и трупные звери, появившиеся в отдалённых районах, тоже добрались до пределов Осаки. Словно прилив, они сходились со всех сторон; на беглый взгляд их насчитывалось уже семнадцать или восемнадцать!

Чудовища надвигались с самых разных направлений, так что даже багровые лучи «Ритуала черного солнца» могли уничтожить за раз лишь двух или трёх тварей. К тому же среди бегущих издалека трупных зверей было трое ранга «Клейн», а на их уничтожение требовалось потратить огромное количество топлива.

До этого Линь Цие уже отозвал двух других санитаров ранга «Безмерный», помимо Хэйтуна, и взамен призвал около тридцати с лишним санитаров ранга «Река», отличавшихся силой и скоростью, чтобы перетаскивать туши поверженных тварей. Но даже так скорость сбора тел для топлива едва поспевала за расходом чёрного солнца.

Самое главное — такое количество трупных зверей уже позволяло им постепенно прорывать линию огня «Ритуала черного солнца».

Линь Цие стоял под чёрным солнцем, слегка нахмурившись. После минутного колебания покров ночи растёкся от него во все стороны; он опустил ладонь на Рассекатель белизны у пояса, и во взгляде его блеснула жажда убийства.

Раз уж один лишь «Ритуал черного солнца» не справлялся со стольким числом трупных зверей, оставалось только вступить в бой самому, чтобы облегчить нагрузку на запретное заклинание.

С нынешней боевой мощью Линь Цие не составляло особого труда сразиться одновременно с тремя трупными зверями ранга «Безмерный».

Бум-м-м!..

И как раз в этот миг из далёких небес донёсся глухой рокот.

Линь Цие повернул голову, на мгновение замер, а затем на его губах сама собой появилась улыбка.

Под сумрачным небом две фигуры с жёлтыми уточками на головах камнем ринулись вниз сквозь облака и, словно молнии, врезались прямо туда, где трупные звери скопились гуще всего!

В следующее мгновение среди орды тварей вспыхнула исполинская диаграмма инь-ян Тайцзи Багуа, а ввысь взметнулся чёрный луч клинка со вздымающейся к небесам ша-ци, и раздался оглушительный взрыв!

— Ха-ха-ха-ха-ха! Цие! Я собственной персоной прибыл!

Голос Толстяка Байли донёсся из-под двух трупных зверей. Облачённый в тёмно-красный плащ, он ступал по циркулирующей ци инь и ян. Подняв взгляд на стометровых чёрных исполинов, Толстяк непринуждённо поднял палец и слегка указал вперёд:

— Огонь Ли, Ветер Сюнь.

В углах диаграммы Тайцзи Багуа одновременно засияли две триграммы, и из пустоты вырвался свирепый вихрь. Смешавшись с раскалённым пламенем, он обратился в ужасающую огненную бурю, что закружилась вокруг Толстяка и вмиг поглотила обоих трупных зверей!

Под мучительный рёв тварей Толстяк Байли в доспехах из лазурного нефрита, вокруг которого парило более десятка сияющих запретных предметов, выпустил череду разнообразных лучей света, разорвавших туши обоих трупных зверей в клочья!

— Хе-хе-хе-хе-хе...

Чёрная тень, окутанная покровом из ша-ци, волоча за собой клинок, в мгновение ока пронеслась мимо трупного зверя.

Взметнувшийся к небесам луч клинка из ша-ци снёс зверю голову. Глаза безумного Цао Юаня налились густым багрянцем; яростно взмахивая прямым клинком, он пронёсся под другим чудовищем и рассёк его снизу доверху пополам!

В то же время по небу пронеслась золотистая тень меча.

— Неудивительно, что Цие говорил, будто здесь всё изменилось, — проговорил Ань Цинъюй, сидя на Нефритовом сиянии и обводя взглядом лежащий в руинах город. — Настоящий конец света...

— Это дыхание алой луны, — спокойно произнёс Шэнь Цинчжу.

— Наверное, на Равнине Высокого Неба что-то стряслось. Спросим у Цие, и всё станет ясно.

— Нам не нужно помочь им в драке?

— В драке? Эти двое и без нас бьются свирепо, к тому же там ещё и тот самый... так что нам не о чем волноваться. Сначала проведаем Цие.

Ань Цинъюй взглянул на Толстяка Байли и безумного Цао Юаня, рубившихся среди трупных зверей, усмехнулся и, не останавливая парящее под ним Нефритовое сияние, полетел прямиком под алое солнце в центре.

Аура, исходившая от его тела, также принадлежала рангу «Безмерный».

Как и говорил Шэнь Цинчжу, он сумел совершить прорыв ещё до того, как они достигли загона для людей.

Золотистая тень меча пролетела сквозь огромный магический круг и опустилась перед Линь Цие. Шэнь Цинчжу и Ань Цинъюй один за другим спрыгнули на землю; два тёмно-красных плаща звучно захлопали на ветру.

— Наконец-то вы добрались, — с улыбкой сказал Линь Цие.

— Пришлось сделать небольшой крюк, чтобы забрать нужную тебе вещь. — Ань Цинъюй словно что-то вспомнил, достал из-за спины молитвенный коврик и протянул его Линь Цие. — Что это вообще такое? Даже моё «Единственно верное решение» не смогло разобрать его суть.

— Долго объяснять, расскажу, когда всё закончится. — Линь Цие указал рукой вдаль, на лежавшего без сознания Юдзури Такисиро. — Сначала помоги ему.

Заметив вдалеке бледного Юдзури Такисиро, Ань Цинъюй слегка нахмурился. Смазанной тенью он вмиг оказался возле мальчика; в его глазах мелькнул серый отблеск, и он принялся анализировать физическое состояние Такисиро.

— Цие, я могу чем-то помочь? — повернувшись к Линь Цие, спросил Шэнь Цинчжу.

Линь Цие немного подумал:

— Вообще-то да...