Глава 990. Старый правитель и новый правитель

На мгновение Ли Чжэньчжэнь усомнилась, не она ли сама гостья в этом сыхэюане.

— Зд... здравствуйте, инструктор Шэнь.

— Мы не в лагере сборов, незачем так зажиматься, — Шэнь Цинчжу затушил окурок и мягко улыбнулся Ли Чжэньчжэнь. — Яблоко хочешь? Сходить помыть?

— Не нужно, — польщённая неожиданной заботой, Ли Чжэньчжэнь замотала головой и, оглядевшись по сторонам, с лёгким недоумением спросила: — А где инструктор Линь? Что-то я его не вижу.

— Цие? Они с инструктором Юанем обсуждают дела в самой дальней комнате.

...

В чистом флигеле.

Линь Цие сидел у края кровати, слегка сжимая ладонь погружённой в сон Цзялань. Он медленно закрыл глаза и тяжело вздохнул.

— ...Я понял, — с непростым выражением лица произнёс стоявший рядом Юань Ган. — Ты хочешь временно оставить её здесь.

— Да, — Линь Цие едва заметно кивнул. — Никто не знает, какая судьба ждёт наш отряд, когда разразится война. Держать её при себе слишком опасно... К тому же она просто спит, не могу же я положить её в гроб и таскать за собой.

Я долго думал и всё же решил: безопаснее всего оставить её здесь.

Я оставлю одного санитара ухаживать за ней. Когда война закончится или мы найдём способ её разбудить, я вернусь и заберу её.

— Без проблем, — кивнул Юань Ган. — Свободных комнат у нас полно. И не только она — вы в эти дни тоже не возвращайтесь в лагерь сборов, оставайтесь здесь. Скоро Новый год, вместе веселее.

— ...Ладно, пожалуй, так и поступим.

В Шанцзине у Линь Цие и остальных не было собственного жилья, кроме общежития в лагере сборов. Сейчас шли выходные, возвращаться туда не хотелось, а раз на базе 006-го отряда хватало места, задержаться здесь на несколько дней было неплохой мыслью.

Взмахом руки Линь Цие призвал светловолосую женщину-санитара, наказал ей как следует заботиться о Цзялань и вместе с Юань Ганом вышел из комнаты.

— Цие, инструктор Юань, к столу!

Толстяк Байли вышел из кухни с тарелкой в руках и, завидев их, громко позвал.

Все стали рассаживаться по местам.

— А где дядя Шао? Почему его нет?

Заметив, что место Шао Пингэ пустует, с недоумением спросила Ли Чжэньчжэнь.

Рука Юань Гана с палочками на миг замерла. Помолчав немного, он ответил:

— У него срочная командировка на эти дни, пока вернуться не сможет.

— О-о...

Ли Чжэньчжэнь, казалось, немного расстроилась.

Бойцы «Ночного покрова» посмотрели на Линь Цие. Тот молча ел, уткнувшись в тарелку.

— Ну что, выпьем за победоносное возвращение отряда «Ночной покров» после разгрома Равнины Высокого Неба! — Чжан Чжэнтин поднялся со своего места и первым высоко поднял банку пива.

— За победу!

...

Шумно поужинав, все бросили жребий, кому мыть посуду. Удачливый Линь Цие благодаря жульничеству... точнее, благодаря фортуне избежал этой участи и теперь безмятежно сидел на веранде во дворе, щёлкая семечки.

Ань Цинъюй вместе с Цзян Эр подошёл и опустился рядом с ним, зачерпнув горсть семечек:

— Цие, теперь уже можно рассказать, что именно должно произойти в городе Шанцзине? Это связано с Шао Пингэ?

— Ты догадался? — удивился Линь Цие.

— Скажем так, появились соображения, — Ань Цинъюй переглянулся с Цзян Эр и слегка улыбнулся. — Ещё когда мы были в городе Шанцзине раньше, я заметил кое-какие странности... Порядок в городе Шанцзине совершенно особенный.

Из-за огромного скопления населения скорость зарождения мистики здесь значительно превосходит другие города. Если бы 006-й отряд пытался зачищать каждого появляющегося монстра, это было бы непосильной задачей.

Поэтому стратегия города Шанцзина в отношении мистики — не «зачистка», а «устрашение».

Невероятно могущественное существо правит Шанцзином словно монарх, незримым авторитетом подавляя вполне осязаемых врагов. Любая мистика, возникающая в городе Шанцзине, обязана соблюдать установленный этим «правителем» порядок. Стоит кому-то переступить черту — «правитель» тут же уничтожает нарушителя. Со временем вся мистика в городе Шанцзине погрузилась в состояние полного затишья.

Недеяние, превосходящее деяние.

Вот истина, скрывающаяся за спокойствием и благополучием города Шанцзина.

А Белый Вестник смерти Шао Пингэ и есть тот самый «правитель», оберегающий город Шанцзин.

— Да, именно так, — кивнул Линь Цие.

Ань Цинъюй на мгновение задумался, но всё же озвучил терзавший его вопрос:

— Но когда начнётся война, 006-й отряд будет расформирован и отправлен на передовую, и Шао Пингэ больше не сможет оставаться стражем Шанцзина.

Лишившись надзора «правителя», бесчисленная затаившаяся мистика непременно воспрянет. И тогда этот огромный процветающий мегаполис превратится в рай для нечисти...

Если город Шанцзин падёт, последствия будут катастрофическими.

Что же делать?

Линь Цие раскусил семечку, смахнул шелуху на блюдце и невозмутимо произнёс:

— Истребить всю мистику в городе Шанцзине практически невозможно, поэтому модель, основанная на «устрашении», останется неизменной... Единственное, что может измениться, — это сам «правитель», поставленный над этим городом.

— Ты хочешь сказать, что после ухода старого правителя оберегать Шанцзин придёт новый? — Ань Цинъюя осенило. — Так вот какое великое событие грядет в городе Шанцзине — передача власти от старого правителя новому? Но как именно это осуществить?

И кто... этот новый правитель?

...

Полночь.

Огни города постепенно гасли, и лишь оранжевые фонари, словно раскинувшиеся по земле мягкие шелковые ленты, безмолвно струили свет.

На крыше темной высотки стояли две фигуры, глядя вниз на погрузившийся в сумрак город. Темно-красный плащ и старая военная шинель слегка колыхались на холодном ночном ветру.

— Что конкретно мне нужно делать? — Чэнь Хань повернул голову к стоявшему рядом Шао Пингэ.

— Утвердить авторитет, — ровным голосом ответил Шао Пингэ. — В этом городе прячется бесчисленное множество порождений мистики. Сейчас они смирно сидят по своим щелям и не смеют пошевелиться лишь потому, что до смерти боятся меня.

Если хочешь занять моё место и держать эту мистику в узде, ты обязан внушить им такой же абсолютный ужас.

А одного давления духовного ранга для этого далеко не достаточно...

— Я понял, — Чэнь Хань слегка прищурился и негромко произнёс: — Я должен посеять страх через резню.

— Простая резня тоже не поможет, — покачал головой Шао Пингэ. — Это как дрессировать собаку: если хочешь отучить её гадить дома, нужно задавать хорошую трепку всякий раз, когда она нагадит в неположенном месте. Со временем она усвоит, что дома так делать нельзя.

Нашкодившего ребёнка нужно наказывать, а послушному — давать конфету.

Только так они поймут, что дозволено, а что под запретом...

И только так ты сможешь установить здесь свой собственный порядок.