Глава 1104. Ангел стучит в дверь

В то мгновение, когда раздался этот голос, сердца всех присутствующих дрогнули, и они разом обернулись.

Разглядев лицо прибывшего, они сперва остолбенели, а затем их лица озарились небывалым восторгом.

— Цие!

— Цие?! Ты очнулся?

Ян Цзинь вез Линь Цие в коляске, медленно въезжая в восьмиугольную беседку. На лице последнего играла слабая улыбка:

— Благодаря «чуду» серафима мне удалось сохранить жизнь.

Линь Цие вкратце пересказал остальным всё произошедшее.

— Какое счастье... Значит, наш отряд уцелел в полном составе, — Толстяк Байли со смехом похлопал Цао Юаня по плечу. — Теперь всё зависит только от Лао Цао.

— Хе... хе-хе... хе-хе-хе...

— Чтобы сей юный друг вновь обрел рассудок, потребуется еще некоторое время. Как раз и юный друг Линь пока не оправился от ран. Прошу вас всех погостить несколько дней в Небесном дворе — жилища для вас старик уже приготовил, — Тайбай Цзиньсин слегка взмахнул даосским венчиком и добродушно улыбнулся.

Сидя в коляске, Линь Цие сложил руки в приветственном жесте перед Тайбай Цзиньсином:

— Тогда премного благодарен, Владыка звезды.

...

— Брат, я довез тебя досюда, так что отдыхай как следует.

Ян Цзинь стоял перед покоями Линь Цие и похлопал по собачьей шкуре инвалидной коляски:

— Я оставляю Сяотяня... кхм, Черныша здесь. Если что-нибудь случится, он тут же даст мне знать.

— Не переживай, я понял, — улыбнулся ему Линь Цие.

Ян Цзинь еще несколько раз напомнил быть осторожнее и только потом развернулся и ушел.

Проводив взглядом удаляющуюся спину Ян Цзиня, Линь Цие погладил поручни коляски из собачьей шкуры и усмехнулся:

— Поехали, внутрь. Никогда бы не подумал, что доживу до того дня, когда ты, Черныш, будешь возить меня повсюду...

Коляска развернулась сама собой и плавно въехала в дом. Где-то из-за спины Линь Цие донеслось тихое скуление Черныша.

Покои в Небесном дворе почти ничем не отличались от тех, что были у Яшмового озера. Линь Цие бегло осмотрелся, вернулся во двор и уперся руками в поручни коляски, пытаясь встать и провести небольшую разминку.

Словно угадав его намерение, коляска из собачьей шкуры тут же преобразилась, превратившись в два невысоких параллельных бруса, какие обычно стоят в реабилитационных клиниках, чтобы Линь Цие было удобнее держать равновесие. Под брусьями даже появились весы-анализаторы состава тела, следящие за изменениями его физического состояния.

Линь Цие опешил, а затем с усмешкой покачал головой:

— Все эти штуки из современного общества вы, перерожденные боги, освоили просто идеально...

Пока Линь Цие, обливаясь потом, разрабатывал тело, со стороны ворот двора донесся стук.

Линь Цие с недоумением обернулся, снова сел в коляску, в которую обратился Черныш, и быстро покатил к воротам.

Скрип!

Линь Цие распахнул створку, но за ней никого не оказалось.

Пусто?

Кто же тогда стучал?

Подозрительно оглядевшись по сторонам, Линь Цие прикрыл ворота. Он уже собирался развернуться, как вдруг краем глаза заметил позади чей-то силуэт.

Его сердце бешено пропустило удар.

Это был шестикрылый серафим высотой более десяти метров.

Он безмолвно стоял посреди двора, подобно исполинскому священному титану, и, опустив голову, молча взирал сверху вниз на смертного в коляске.

Михаил?!

— Это ты?

— Я, — Михаил равнодушно скользнул взглядом по следам тренировки Линь Цие во дворе. — Похоже, твое тело восстанавливается неплохо.

Изо всех сил подавив накативший испуг, Линь Цие беспомощно посмотрел на него:

— Более-менее... Но раз уж ты умеешь мгновенно перемещаться внутрь, зачем вообще было стучать в дверь?

— Я слышал, стучать перед входом — это обычай Великой Ся.

Уголок рта Линь Цие слегка дернулся:

— ...Спасибо за вежливость.

В мертвом безмолвии двора исполинский священный ангел и смертный в коляске из собачьей шкуры молча смотрели друг на друга. Воздух застыл в неловкой тишине.

— Нам обязательно разговаривать стоя посреди двора? Мне шею ломит задирать к тебе голову.

Линь Цие потер еще не зажившую шею и указал рукой на дом:

— Если тебе удобно, может, зайдем внутрь и поговорим сидя?

— Хорошо.

Лаконично отозвавшись, Михаил развернулся и зашагал к дверям. Его десятиметровое тело стремительно сжалось, быстро приняв размеры обычного человека ростом около метра восьмидесяти. Он перешагнул порог и опустился на стул.

Линь Цие въехал следом, заварил чай из стоявших на столе припасов и пододвинул чашку Михаилу.

Михаил опустил взгляд на чаинки, плавающие в чашке, и замер, словно напряженно размышляя, как именно следует пользоваться этим предметом.

Линь Цие сидел напротив. Помолчав какое-то время, он всё же решил прервать тишину и искренне произнес:

— Спасибо, что спас меня.

— Угу.

Михаил едва заметно кивнул.

«...» — уголок рта Линь Цие едва заметно дрогнул.

— Ты спустился с Луны специально ради меня?

— Ты слишком много о себе думаешь, — невозмутимо ответил Михаил. — У меня здесь были другие дела. И Небесный двор я посетил только ради встречи с Небесным Достопочтенным Линбао из Великой Ся... Если бы Изначальный Небесный Достопочтенный не сказал мне, я бы даже не знал, что ты тоже здесь, причем одной ногой в могиле.

Я спас тебя просто мимоходом.

Линь Цие: «...»

Линь Цие решил было, что Михаил объявился в Небесном дворе исключительно ради его спасения... Но теперь стало ясно: он лишь обольщался.

Впрочем, логично. Еще во время Цаннаньского бедствия Михаил говорил, что отдал Линь Цие «Божественное царство бренного мира» лишь в рамках сделки. В конце концов, их ничего не связывало, и трудно было поверить, будто божество проделает столь долгий путь лишь ради того, чтобы спасти его.

Линь Цие поднял чашку и сделал осторожный глоток:

— Как бы то ни было, ты сохранил мне жизнь. Я перед тобой в долгу.

— Ты можешь вернуть этот долг.

— ?

Чай в чашке Линь Цие колыхнулся, едва не расплескавшись:

— Что ты сказал?

— Через несколько дней, когда ты поправишься, тебе, возможно, придется отправиться со мной, — медленно произнес Михаил. — Ты сам сказал, что в долгу передо мной. К тому же это часть сделки между мной и вашими Небесными Достопочтенными Великой Ся.

— О какой сделке вы договорились с Изначальным Небесным Достопочтенным?

— Я спустился с Луны, чтобы выследить виновного, сорвавшего лунную печать пятьдесят лет назад. В одиночку мне с этим не справиться, и мне нужна помощь богов Великой Ся.

— Почему именно богов Великой Ся? — недоуменно спросил Линь Цие. — Потому что у тебя с Великой Ся хорошие отношения?

— Это лишь одна из причин.

Михаил повторил движение Линь Цие, отпил немного чая, слегка нахмурился и молча отставил чашку:

— Куда важнее то, что среди всех божественных царств этого мира... лишь Великая Ся абсолютно не осквернена мифами Ктулху, а значит, наиболее безопасна и надежна.