Глава 1151. Новый курс

Ресторан лайнера.

— Как думаете, какие отношения связывают председателя Цзи Нянь и командующего Е? — с любопытством спросила Цзян Эр, паря над стулом.

— Не знаю, — Линь Цие опустил палочки и после короткого колебания добавил: — Во всяком случае, вряд ли романтические. Скорее уж боевое братство.

— На вид она почти наша ровесница. Выходит, когда она познакомилась с командующим Е, то была совсем девчонкой?

— Да и командующий Е в те времена, должно быть, ещё не стоял во главе дозора?

— Если прикинуть по времени, то всё сходится.

— Опять дела давно минувших дней, покрытые пылью истории…

Едва троица закончила ужинать, как в ресторан вошла Цзи Нянь. Рации в её руках уже не было, и, если не считать слегка покрасневших глаз, держалась она как ни в чём не бывало.

— Ну как? Ужин пришёлся по вкусу? — поинтересовалась Цзи Нянь.

— Очень вкусно, — с улыбкой ответил Ань Цинъюй. — Спасибо за угощение.

Линь Цие с товарищами поднялись из-за стола. Бросив взгляд на настенные часы, он произнёс:

— Моя духовная сила почти восстановилась, пора возвращаться в Великую Ся… Если вам не трудно, подскажите, в какой она стороне?

— Ни к чему, — спокойно покачала головой Цзи Нянь.

Линь Цие и двое других опешили, не понимая, к чему она ведёт.

— Я к тому, что вам незачем лететь своим ходом. Отсюда до Великой Ся полземного шара, твоей духовной силы надолго не хватит, — сунув руки в карманы, продолжила Цзи Нянь. — Я уже приказала развернуть лайнер и на всех парах идти к Великой Ся, так что возвращайтесь вместе с нами.

Насчёт лавкрафтовского божественного царства тоже не беспокойтесь: я только что связалась по рации с вашим командующим Цзо, он уже принимает меры. Задержитесь на пару дней — ничего страшного не случится.

— Вы тоже плывёте в Великую Ся? — удивилась Цзян Эр.

— Да, нужно уладить кое-какие дела.

Цзян Эр и Ань Цинъюй одновременно повернулись к Линь Цие. Тот немного подумал и кивнул:

— Что ж, тогда с удовольствием воспользуемся попутным судном.

— На лайнере до Великой Ся плыть около трёх дней, — сверившись со временем, предупредила Цзи Нянь. — Всё это время я буду занята чрезвычайно важным делом и вряд ли смогу уделить вам внимание. Если что-нибудь понадобится, обращайтесь к членам Общества Шансе на борту, они постараются помочь.

— Спасибо.

Выйдя из ресторана, Цзи Нянь набросила белый лабораторный халат и направилась прямиком в Комнату конструктора. Рыцарь же выделил гостям каюты и проводил их туда.

По пути Ань Цинъюй, поколебавшись, всё же спросил:

— Скажите, а ваш председатель тоже увлекается научными исследованиями?

Рыцарь опешил и мотнул головой:

— Чистой наукой председатель не занимается. Ей больше по душе возиться со всяким оружием, техникой, инженерными сооружениями… Самолёты, пушки, ракеты, спорткары, мотоциклы, истребители… Она скорее безумный фанат конструирования, чем учёный.

— Вот оно как… Впрочем, вещицы у неё получаются и впрямь занятные.

В памяти Ань Цинъюя всплыла та пиксельная рация, и у него невольно разгорелся исследовательский азарт.

— Да разве это что-то особенное? Вот побываете в Утопии — там у вас челюсти отвиснут, — хохотнул Рыцарь.

***

Вернувшись к себе, Линь Цие прикрыл дверь.

Налив чашку горячего чая, он сел у узкого иллюминатора и стал смотреть на клубящийся за стеклом туман и бездонную морскую гладь. Спустя долгое время с его губ сорвался тяжёлый вздох.

Пережитое в аду оказалось слишком опасным потрясением. Он до сих пор не мог избавиться от гнетущего чувства, что балансировал на волосок от гибели. Стоило закрыть глаза, как перед мысленным взором представали мириады копошащихся красных червей и мерещился жуткий, безумный смех.

Но тяжелее всего было думать о Шэнь Цинчжу, который с парой чёрных крыльев за спиной в муках ревел посреди ледяной пустоши.

Сумеет ли он пережить слияние с первоосновой ада? Не осквернит ли его сила падения? И как ему выбраться из самого сердца того божественного царства?

Вопросы один за другим терзали душу Линь Цие.

Уснуть всё равно не получалось, и он, прислонившись к стене у окна и сделав пару глотков горячего чая, погрузил сознание в психиатрическую больницу всех богов.

— Ставки сделаны, ставок больше нет! Подходи, ставь, народ! Начнётся — больше не примем!

— Я сегодня на братца Обезьяну, ставлю две куриные ножки.

— Я тоже на братца Обезьяну! Пачка острых полосок!

— Похоже, в последнее время король Цзицзи братцу Обезьяне совсем не соперник… Пиши на братца Обезьяну, ставлю один день своей смены.

— А вдруг сегодня будет сенсация? Я ставлю на короля Цзицзи! Три семечки!

— Прости, ставка маловата, не принимается.

— ???

— …

Линь Цие в белом халате только вошёл во двор, как до него донеслись оживлённые голоса спорящих санитаров.

Посреди двора по обе стороны уже стояли Сунь Укун и Гильгамеш. Они холодно буравили друг друга взглядами, и жажда битвы в воздухе становилась всё острее.

Линь Цие, словно о чём-то вспомнив, глянул на настенные часы.

«Ну да… как раз пришло время их ежедневной потасовки».

Он и сам давненько не видел их поединков, поэтому решил остаться у края двора. В этот момент Ли Ифэй, неторопливо шагая, подошёл к нему с маленькой раскладной табуреткой в правой руке и кульком семечек в левой.

— Цие? Ты здесь?

Заметив среди собравшихся белый халат, Ли Ифэй просиял, торопливо подскочил и подставил табуретку прямо под Линь Цие:

— Давай, присаживайся, посмотришь.

— А ты как же? — Линь Цие привычно опустился на табуретку.

Ли Ифэй бросил ему кулёк с семечками и отвесил подзатыльник Еноту, который рядом вовсю зазывал делать ставки. Тот мгновенно схватился лапками за голову и с обидой воззрился на Ли Ифэя:

— Управляющий Ли, за что?..

— А ну живо притащи мне табуретку.

— Ой…

Вскоре Енот приволок ещё одну табуретку, и Линь Цие с Ли Ифэем устроились на краю двора, щёлкая семечки.

— Почему они не начинают? — сгрызя несколько штук и видя, что бойцы на площадке не двигаются с места, не утерпел Линь Цие.

— А, музыканта ждут.

— ?

Из лечебного корпуса с арфой в руках чинно вышел Браги. Гордо задрав подбородок, он прошествовал к валуну у края двора, пару раз кашлянул и тронул струны.

Едва зазвучала бравурная, воодушевляющая мелодия, двое посреди двора словно получили команду и ринулись навстречу друг другу. Золотое и пурпурное сияние яростно столкнулись и разлетелись снопами искр, но защитный магический круг по периметру надёжно запер их внутри, не выпустив наружу ни крупицы мощи.

Музыка Браги обладала поистине чарующей силой: она всколыхнула чувства каждого зрителя, заставив воздух звенеть от напряжения.

Поставившие на кон санитары замерли у края площадки, затаив дыхание, и даже Линь Цие, пощёлкивавший семечки в сторонке, ощутил давно забытый боевой азарт.

Не отрывая взгляда, он долго наблюдал за схваткой посреди двора, и брови его слегка нахмурились.

«Почему мне кажется… что Гильгамешу приходится всё тяжелее и тяжелее?»