Глава 1188. Зацепка о Святом Меча

— Ну вы и шустрые!

Линь Цие с беспомощной усмешкой посмотрел на глупо лыбящихся перед диваном Толстяка Байли и Цао Юаня:

— Всего несколько часов в «Утопии», а уже освоились по полной программе?

Когда Линь Цие их засек, Толстяк Байли и Цао Юань прямиком из ложи А1 наведались к нему в гости, причем перед уходом не забыли прихватить с собой всю выпивку и вазу с фруктами.

— Да со скуки же! — Толстяк Байли почесал затылок. — Это все Лао Цао сюда захотел, а я просто пошел следом, чтобы присмотреть за ним, защитить, если что…

Цао Юань открыл было рот, собираясь возразить и оправдаться, но после секундного колебания бросил эту затею.

В такой ситуации любые лицемерные отговорки звучали бы жалко и неубедительно.

— О, это же Девятое место Адептов! Старый знакомый! — с изумлением воскликнул Толстяк Байли, сразу признав Хэ Линя.

— Так это вы, — улыбнулся Хэ Линь, тоже узнав парочку. — Раз уж заглянули, давайте выпьем вместе по паре бокалов.

Толстяк Байли и Цао Юань тут же уселись. Все четверо расположились вокруг стола и подняли бокалы.

— Так вы прибыли в «Утопию» просто на экскурсию? — поинтересовался Хэ Линь после короткого обмена любезностями.

Линь Цие покачал головой:

— Нет, на этот раз мы ищем человека.

— Ищете человека? Кого же?

— Чжоу Пина.

— Святого Меча Великой Ся? — опешил Хэ Линь. — Хотя нет, теперь его следует звать Бессмертным Меча Бренного Мира… Разве он не на Олимпе?

Услышав это, Линь Цие и двое его спутников разом оживились и спросили:

— Ты знаешь, где он?

— Не совсем, — опустив бокал, неторопливо произнес Хэ Линь. — Где-то с полгода назад, выполняя приказ председателя, я отправился в «загон для людей» под властью Олимпа под прикрытием. Во время выполнения задания мне довелось случайно его увидеть.

В тот день он шел по улице в грязной черной рубашке с футляром для меча за спиной. И обликом, и одеждой он разительно выделялся на фоне местных жителей.

Честно говоря, прежде в Великой Ся я никогда не видел истинного облика Святого Меча, поэтому не признал его сразу, да и ради конспирации не стал подходить первым.

А потом шайка грабителей посреди улицы напала на женщину, сбила ее с ног и уволокла ее дочь лет тринадцати-четырнадцати… Вы, возможно, не представляете, но в олимпийских «загонах для людей» царит полнейший хаос, подобное там происходит сплошь и рядом. В таких местах попросту нет понятий о правах человека, морали или законе. Это самый настоящий рай для преступников.

И вот эту сцену увидел Бессмертный Меча. Он лишь слегка щелкнул указательным пальцем по футляру для меча — и в следующий миг головы грабителей слетели с плеч.

Хэ Линь взглянул на затаивших дыхание Линь Цие и остальных, отпил глоток и с ностальгией продолжил:

— Ци его меча была настолько быстрой, что не то что простые смертные из «загона», даже я не успел сообразить, что произошло.

Однако олимпийские боги, непрестанно следящие за «загоном для людей», не могли не уловить колебания закона мироздания меча.

Не прошло и полуминуты после того, как Бессмертный Меча расправился с ними, как снизошло божество — олимпийский речной бог Потамос, отвечавший за надзор над этим «загоном».

Едва явившись, этот речной бог обрушил на него грандиозное зрелище: мириады рек, взметнувшихся вспять к небесам. Но не успел он приблизиться к Бессмертному Меча, как тот хлопнул по футляру — и клинок мгновенно рассек речного бога пополам на уровне пояса.

Хссс…

Линь Цие и остальные дружно втянули воздух сквозь зубы.

Прийти на чужую территорию и без лишних слов сразить бога — на такую дерзость был способен только Чжоу Пин.

— А дальше? Что дальше? — нетерпеливо спросил Толстяк Байли.

— После гибели речного бога явились еще двое олимпийских божеств, правда, тоже не главные боги. Бессмертный Меча обнажил клинок, скрестил с ними оружие на пару мгновений — и уложил обоих…

Сколько живу на свете, впервые видел, чтобы кто-то разил богов, да еще с такой легкостью: приходит один — гибнет один, приходят двое — гибнет пара. Только тогда я понял, что этот неприметный с виду мужчина — Бессмертный Меча Бренного Мира из Великой Ся.

Осушив бокал виски до дна, Хэ Линь шумно выдохнул и продолжил:

— После гибели трех богов подряд Олимп, похоже, осознал всю серьезность положения. И как раз в тот миг, когда уже должны были снизойти несколько главных богов, небо отчего-то внезапно потемнело.

Глубокая ночная тьма накрыла весь «загон для людей», а затем с края небес выступил смутный силуэт из звездного света. Незнакомка переговорила с Бессмертным Меча, и тот последовал за ней, покинув «загон».

Что произошло потом, я уже не знаю.

Когда Хэ Линь замолчал, во всей ложе, если не считать доносившегося из-за стеклянных окон грохота музыки и ликующих возгласов, повисла мертвая тишина.

Спустя неизвестно сколько времени Толстяк Байли с трудом выдавил:

— Старший Святой Меча… охренеть же до чего крут!

Линь Цие и остальные переглянулись и разом рассмеялись.

— Но зачем вы ищете Бессмертного Меча? Случилось что-то срочное? — с недоумением спросил Хэ Линь.

— Обстановка в Тумане сейчас тревожная, и мы хотим попросить старшего Святого Меча вернуться, чтобы охранять Великую Ся, — честно признался Линь Цие.

— Это верно, положение Великой Ся сейчас слишком опасное. Полагаться лишь на один Небесный двор — не факт, что удастся защитить Великую Ся со всех сторон… Но то, о чем я знаю, случилось полгода назад. Где он находится теперь, сказать трудно.

— Председатель Цзи Нянь сказала, что у нее есть способы разузнать, где старший Святой Меча.

— М? — Хэ Линь вскинул бровь, словно о чем-то догадавшись. — Неужели… Ну да, там действительно есть надежда.

— Что это за место? — с любопытством спросил Цао Юань.

— Подробности лучше узнать у самого председателя. В такое время она обычно только-только заканчивает учебу и готовится ко сну. Проснется — сама выйдет на связь, — вздохнул Хэ Линь. — Председателю изо дня в день приходится разрываться между делами Общества Шансе, производством пикселей и учебой… Ей правда нелегко.

— Да уж, приходится непросто.

Четверка продолжала болтать и выпивать в ложе, пока в баре не начался разъезд, и лишь тогда они двинулись на выход.

Едва переступив порог, они увидели знакомую фигуру, выходящую из мужского хост-клуба напротив.

В ее смоляных длинных волосах поблескивали серебристо-белые прядки. На плечи была накинута накидка, в левой руке она держала бутылку выпивки, а правую высоко подняла и воодушевленно махала пяти-шести хостам, столпившимся у входа:

— Бывайте… ик… Через пару дней опять загляну к вам выпить!

Покачиваясь, она развернулась, отхлебнула из горла, и ее хмельной взгляд уперся в двери бара на противоположной стороне улицы. Она слегка прищурилась, словно пытаясь разглядеть стоящих там людей.

Стоявшие у дверей Линь Цие и остальные, узнав знакомое лицо, вмиг сменились в лице — их эмоции заиграли всеми красками.

Хэ Линь молча прижал ладонь ко лбу.

Цзи Нянь наконец разглядела их силуэты и округлила глаза:

— Твою же мать!