Глава 1224. Разоблачение

— Очнись! — низким голосом произнёс Сунь Укун. Сжав правую руку в кулак, он со страшной силой обрушил удар в живот Гильгамеша!

Бум!.. Невидимая взрывная волна вырвалась из эпицентра у чёрного трона, вмиг прокатившись по всем углам двора.

Гильгамеш глухо застонал и мучительно согнулся. Тяжёлые цепи, сковывавшие его тело, со звоном загрохотали.

— Этот царь убьёт тебя!.. Этот царь непременно убьёт тебя!.. — снова взревел Гильгамеш.

Бум!

Сунь Укун нахмурился и нанёс ещё один удар, пытаясь вырвать Гильгамеша из пучины безумия и вернуть к реальности.

Но и на этот раз во взгляде царя не появилось ни капли ясности.

С трудом подняв голову, он уставился на стоявшего перед ним Сунь Укуна мутными, полными невыносимой муки глазами:

— Этот царь… убьёт… тебя…

— Этот царь… владыка сего Урука…

— Посягнувших на мой Урук… вырезавших мой народ… ждёт смерть!!

Сунь Укун застыл на месте, глядя на искажённое лицо Гильгамеша.

* * *

«Гильгамеш…»

Посреди бескрайней пустыни Линь Цие, почувствовав происходящее в больнице, крепко нахмурился.

На этот раз приступ Гильгамеша был куда тяжелее прежних… Чёрт возьми, да что же стряслось?!

В этот момент его взгляд зацепился за нечто на самом краю горизонта. Прищурившись, он вгляделся вдаль.

Бушующее пламя взмывало из-за далёких чёрных крепостных стен, окрашивая багрянцем половину неба. Оттуда смутно доносились вопли людей и грохот рушащихся построек.

«В Учэне беда?!»

Сердце Линь Цие ёкнуло.

Вспомнив приступ Гильгамеша, он внезапно догадался.

Ведь в Учэне жили потомки древнего царства Урук, в их жилах текла кровь Урука… В каком-то смысле Учэн был частью царства Урук, уцелевшей спустя невесть сколько веков.

Неужели… приступ Гильгамеша как-то связан с Учэном?

Линь Цие стиснул зубы и, разогнавшись до предела, понёсся к городским стенам Учэна!

Вскоре он уже опустился на стену. Взглянув вниз на происходящее в городе, он сузил зрачки.

Прежде мирный и безмятежный Учэн теперь был объят пламенем. Изувеченные трупы и потускневшие божественные артефакты беспорядочно лежали по всем улицам, а древние каменные плиты мостовой были жутко залиты кровью.

— Это ещё что… — пробормотал Линь Цие.

С противоположной стороны города доносились вопли и рыдания. Обернувшись, Линь Цие увидел множество жителей Учэна, в панике бегущих прочь из города. Они поминутно оглядывались назад, словно по пятам за ними гналась сама смерть.

Среди руин обрушившегося здания показался силуэт: держа в левой руке Скипетр, а в правой — Чашу, он неторопливо выходил из пожарища.

Бесчисленные кровавые нити парили в воздухе и стекали в Чашу, превращаясь в алое вино, мягко колыхавшееся у стенок сосуда.

Уголки его губ слегка приподнялись.

— Почти готово… — Он поднял правую руку с Чашей и не спеша произнёс:

— Желаю: стереть метку.

По тёмно-золотым стенкам пробежал призрачный переливчатый свет, и колышущееся внутри алое вино внезапно заметно убавилось.

В то же мгновение из его тела донёсся глухой треск — метка рассыпалась искрами мерцающего света и растворилась в воздухе.

Он с облегчением выдохнул, и лицо его немного расслабилось.

«Номер 22?» — Линь Цие разглядел его лицо и нахмурился ещё сильнее.

Он и правда завладел Скипетром?

А откуда тогда взялась Чаша?

В голове Линь Цие пронеслись десятки мыслей. Поколебавшись секунду, он окутался ослепительным сиянием магии, снова обратился в Майлза и полетел прямо к Номеру 22.

Как бы там ни было, сперва нужно заставить его прекратить резню горожан.

Номер 22, преследовавший убегавших из города жителей, вдруг посерьёзнел и оглянулся назад.

— Майлз? — изумился он.

— Номер 22, что здесь вообще происходит? — подойдя к нему, тяжёлым голосом спросил Линь Цие.

Тот не стал отвечать на вопрос Линь Цие, а лишь бросил взгляд ему за спину и спросил в ответ:

— А где остальные представители? Вы нашли Чашу?

— Не нашли, моё пророчество дало сбой.

— Вот как… — Номер 22 слегка прищурился.

— Зачем ты убиваешь этих местных жителей?

— Как видишь, я собирал жертвы для Чаши, — пожал плечами Номер 22. — С помощью желания я уже избавился от своей божественной метки. А теперь… я хочу загадать ещё одно желание.

— Какое желание?

Номер 22 в упор посмотрел на Линь Цие, и на его губах заиграла усмешка:

— Желаю… явить истинный облик!

Едва прозвучали эти слова, как по поверхности Чаши пробежал отблеск света, а в следующий миг тело Линь Цие внезапно исказилось!

Магическое сияние на теле Линь Цие осыпалось осколками. С рассеиванием мерцающих искр его настоящий облик предстал перед чужими глазами.

Лицо Линь Цие тут же потемнело.

— Так и знал, никакой ты не прорицатель Майлз, — усмехнулся Номер 22, будто заранее ожидая подобного исхода. — Не почувствуй я Чашу заранее, пожалуй, и впрямь купился бы на твою ложь… Я ещё думал, зачем тебе понадобилось с таким трудом вызволять нас из темницы? Теперь ясно: твоей целью были те представители, что ушли с тобой, верно?

Они к этому моменту, небось, уже все мертвы?

Номер 22 пристально вгляделся в лицо Линь Цие и после короткой паузы спросил:

— Кто… кто ты такой на самом деле?

Линь Цие спокойно смотрел на него. Помолчав секунду, он произнёс:

— Я…

Вжих!

Линь Цие не успел договорить: они с Номером 22 молниеносно бросились в атаку друг на друга!

Кем был Линь Цие, Номера 22 на самом деле совершенно не волновало. Он лишь выжидал момент, когда Линь Цие потеряет бдительность, чтобы сразу прикончить его и сделать очередной жертвой.

Линь Цие же точно так же искал возможность убить противника прежде, чем тот пустит в ход оба божественных артефакта верховного ранга — Чашу и Скипетр.

Их ладони столкнулись прямо в воздухе. Двое Божественных руин — чернильно-чёрные и нежно-розовые — стремительно хлынули во все стороны!

Засвистел невидимый порыв ветра. Духовная сила отбросила обоих на несколько шагов назад. Номер 22 ошеломлённо посмотрел на собственную ладонь, словно сопоставляя факты в голове:

— Божественные руины богини ночи… Это ты? Ты — представитель двух богов Линь Цие?!

Номер 22 потрясённо воскликнул:

— Все те сведения, что ты нам выложил… они и правда были подлинными?!

Поняв, что раскрыт, Линь Цие оставил притворство и невозмутимо ответил:

— Правда, смешанная с ложью, вызывает куда больше доверия… Разве не так?

Номер 22 смерил Линь Цие оценивающим взглядом с головы до ног, в его глазах блеснул огонёк. Облизнув пересохшие губы, он злорадно усмехнулся:

— А это любопытно… Только заполучил два божественных артефакта верховного ранга, как представитель двух богов сам явился ко мне в руки. А денёк-то выдался на редкость удачным!