Глава 1237. Я хочу выйти наружу

В то же мгновение, когда этот шаг опустился на землю, руки Аватара, Равного Небу, начали стремительно распадаться!

Казалось, некий закон мироздания обращал вспять «Подобие Неба и Земли» Сунь Укуна, заставляя гигантское тело, сотканное из духовной энергии, с неистовой скоростью таять.

Внутри аватара Сунь Укун, казалось, давно предвидел такой исход. Он слегка разомкнул губы, и из его уст низким эхом, подобно гулу древнего колокола, вырвался неясный буддийский напев.

Видимая невооружённым глазом золотая звуковая волна столкнулась с незримыми Божественными руинами марионетки Царя героев. Завыл свирепый вихрь; марионетку Царя героев отбросило назад на полшага, а распад Аватара, Равного Небу, разом прекратился. Неполный, полуистаявший кулак аватара сокрушительно обрушился прямо в лицо марионетки Царя героев!

Фигура в царских одеяниях, точно метеор, рухнула наземь!

— Он знает, как разрушить «Владычный закон финала» Гильгамеша?! — в потрясении выдохнул бог огня Гибил.

Бог луны Нанна нахмурился, не отводя взгляда от стоящего внутри аватара Сунь Укуна. В его душе царило не меньшее недоумение.

По идее, Гильгамеш умер от старости ещё несколько тысячелетий назад. С тех пор его тело непрерывно покоилось в лунном источнике под его личной опекой. Этот бог Великой Ся просто не мог ни разу в жизни сойтись в бою с Гильгамешем.

Но почему же тогда… он настолько хорошо знает Гильгамеша?

Будь то стиль ведения боя или уязвимости Божественных руин — ему было ведомо буквально всё!

Трое богов Шумера даже помыслить не могли, что ещё сто лет назад, во время прихода Тумана, последняя теплившаяся в теле Гильгамеша крупица души была принята психиатрической больницей всех богов. И уж тем более не знали, что за прошедшее время Сунь Укун успел сразиться с Гильгамешем сотни и тысячи раз!

В этих бесчисленных схватках Сунь Укун досконально изучил все боевые повадки Гильгамеша, вплоть до мельчайших крупиц боевого инстинкта, всё ещё остававшихся в этом трупе.

Порой твой враг знает тебя куда лучше, чем ты сам.

Что уж говорить о безвольной марионетке Царя героев под контролем Нанны — даже восстань сейчас подлинный Гильгамеш из мёртвых во плоти, его шансы на победу против Сунь Укуна были бы максимум пятьдесят на пятьдесят.

Силуэт марионетки Царя героев медленно поднялся из руин. Колоссальный аватар вновь обрушил кулаки: словно сокрушительный град ударов, он безжалостно втоптал его в бушующий жёлтый песок, и по земле во все стороны разбежались устрашающие трещины.

В этот миг высоко парящие в небесах бесчисленные божественные артефакты внезапно дрогнули. Пять или шесть из них сорвались с облаков метеорами, целясь прямиком в Аватара, Равного Небу.

Окутанный молниями чёрный молот, багровое копьё, серебряная птица… Среди них был даже Цзиньгубан, лишь недавно вырвавшийся из рук Сунь Укуна.

Бесчисленные божественные артефакты с громоподобным грохотом врезались в спину Аватара, Равного Небу. Ослепительное божественное сияние вспыхивало раз за разом, почти полностью поглотив всё небо. Под натиском такого числа артефактов уровня «младших» и даже «главных богов» Аватар, Равный Небу, в мгновение ока покрылся бесчисленными пробоинами, и плотная духовная энергия стала рассеиваться прямо на глазах.

Фигура Сунь Укуна вылетела из распадающегося аватара; следом за ним, стремительно сокращая расстояние, устремились четыре или пять божественных артефактов.

Сунь Укун потянулся к затылку, вырвал горсть волосков и легонько дунул на них. Несколько десятков абсолютно одинаковых «Сунь Укунов» — в пурпурно-золотых шапках с перьями феникса и золотых кольчужных доспехах — разлетелись в разные стороны и лавиной ринулись к стоявшей на земле марионетке Царя героев.

В одно мгновение божественные артефакты растерялись, не понимая, за кем именно им гнаться.

Секунду спустя они разделились и бросились истреблять «Сунь Укунов». По мере того как клон за клоном обращались обратно в опадающие волоски, более десятка фигур уже почти вплотную настигли марионетку Царя героев!

Марионетка Царя героев вскинула руку. Парящий в воздухе Царский Скипетр едва заметно затрепетал, будто повинуясь некоему зову, и, сорвавшись вниз из сонма артефактов, рассёк небосвод и лёг точно ему в ладонь.

— Братец Обезьяна, берегись! Он заберёт твою божественную силу! — воскликнул Линь Цие, чьё лицо при виде этого мгновенно переменилось.

Заполнившие небо Сунь Укуны прищурились и вместо отступления лишь прибавили ходу: более десятка золотисто-алых боевых халатов с разных сторон ринулись на марионетку Царя героев!

Дон-н-н!..—

Скипетр коснулся земли, и во все стороны стремительно разошлась золотая рябь!

Все «Сунь Укуны», которых коснулась эта золотая волна, вновь обратились в кружащие по ветру волоски — за исключением одной-единственной фигуры.

Золотой поток божественной силы хлынул из основного тела Сунь Укуна, устремляясь прямиком к Скипетру в руках марионетки Царя героев. Лишившись божественной силы, Сунь Укун слегка покачнулся, но тут же с силой оттолкнулся ногами от земли и со свистом рванулся вперёд с ещё большей скоростью!

Сунь Укун не был заурядным божеством: он был Великим Мудрецом, Равным Небу, который шаг за шагом прошёл путь от демона до высшего совершенства!

И пусть он лишился божественной силы, это закалённое в Истинном огне самадхи демоническое тело всё ещё обладало чудовищной боевой мощью.

Оставляя в воздухе вереницу остаточных следов, Сунь Укун обогнал даже стремящийся к Скипетру поток собственной божественной силы. Словно мгновенно переместившись в пространстве, он возник перед марионеткой Царя героев, левой рукой намертво прижал Скипетр, а сжатый правый кулак со свистом обрушил прямо ему в лицо!

Раздался глухой удар: его кулак сокрушительно врезался в лоб марионетки Царя героев. Под воздействием колоссальной силы переполненный лунным светом мозг в мгновение ока покрылся бесчисленными трещинами!

Тело марионетки Царя героев отлетело назад.

Этот удар Сунь Укуна начисто раздробил мозг трупа «Гильгамеша», а вместе с тем развеял и лунный свет, с помощью которого Нанна подчинял это тело через подсознание.

«Дурное дело… — помрачнел Нанна. — Мозг разбит, а значит, боевой инстинкт Гильгамеша больше не пробудить. Если управлять лишь одной плотью, боевая мощь упадёт в разы… Откуда вообще взялась эта обезьяна? Почему она настолько свирепа?»

Увидев своими глазами, как Сунь Укун прорвался сквозь окружение и одним ударом сбил с ног марионетку Царя героев, Линь Цие невольно расплылся в радостной улыбке.

И тут, словно что-то почувствовав, он погрузил сознание в психиатрическую больницу всех богов.

…

Психиатрическая больница всех богов.

В тот самый миг, когда снаружи Сунь Укун раздробил мозг марионетки Царя героев, лежащий на земле в глубоком сне Гильгамеш внезапно распахнул глаза!

С разрушением мозга и утечкой лунного света иллюзорные воспоминания, неотступно мучившие Гильгамеша, наконец окончательно рассеялись. В груди разлилась невиданная прежде лёгкость.

«Прогресс лечения Гильгамеша: 42%… 48%… 53%… 59%…»

Едва оказавшись в психиатрической больнице всех богов, Линь Цие увидел, как шкала прогресса над головой Гильгамеша стремительно взлетела вверх.

Удар Сунь Укуна, можно сказать, уничтожил корень болезни Гильгамеша у самого истока, заставив его прогресс лечения взлететь с прежних 37% до 59%, разом преодолев рубеж в 50%.

В то же мгновение перед его глазами возникло несколько уведомлений:

«Условия для получения награды выполнены. Вы можете повторно извлечь божественную способность Гильгамеша.

Прогресс лечения Гильгамеша превысил 50%. Разрешено кратковременно покидать психиатрическую больницу всех богов».

Во дворе лечебницы Гильгамеш, до этого неподвижно лежавший подобно трупу, медленно поднялся на ноги, стряхнул пыль с серого одеяния и протяжно выдохнул всю застоявшуюся в груди горечь.

Он твёрдым шагом подошёл к Линь Цие и решительно произнёс:

— Линь Цие, я хочу выйти.