Глава 1273. Стойкость Цзи Нянь

Линь Цие без труда миновал стражников у входа в темницу и направился прямиком в мрачные подземные глубины.

Под действием абсолютной невидимости всё оказалось куда проще, чем он ожидал: ни караульные у входа, ни демон-волк Фенрир, дремавший на круглом помосте наверху, даже не почувствовали его присутствия. Словно призрак, юноша бесшумно преодолевал один рубеж охраны за другим.

По пути Линь Цие даже успел взглянуть на Чашу в брюхе Муму.

К настоящему моменту он загадал с помощью Чаши три желания: первое укрепило маскировку, второе помогло найти Сиф, а третье даровало нынешнюю абсолютную невидимость.

Хотя желаний было три, алой винной влаги ушло в сумме меньше десятой части. В конце концов, это были узконаправленные, мелкие просьбы, несопоставимые с размахом прямого воскрешения Гильгамеша шумерскими богами, оттого и расход оказался ничтожным.

После нескольких попыток Линь Цие уже смутно уловил закономерность исполнения желаний Чашей.

Чем более туманно и невероятно желание, тем больше вина оно пожирает; чем оно конкретнее, тем меньше затраты.

Взять хотя бы эту операцию по спасению: потребуй Линь Цие напрямую от Чаши, чтобы Цзи Нянь вырвалась на свободу, это тоже сработало бы, но вина ушло бы как минимум в пять-шесть раз больше. Ведь для достижения столь расплывчатой цели, как «освобождение Цзи Нянь», требовалось огромное число промежуточных шагов.

К примеру, на расстоянии влить в Цзи Нянь божественную силу, чтобы разорвать оковы; или разом уничтожить добрую половину скандинавского воинства в темнице; или заставить наделённую силой девочку с боем прорываться сквозь окружение нескольких богов и демона-волка Фенрира, спасая свою жизнь.

Каждое из этих звеньев потребовало бы колоссальных затрат.

Для нынешнего же Линь Цие формулировка была предельно ясной: всего лишь скрыть его силуэт. А как проникнуть в темницу и как вызволить Цзи Нянь — всё это он брал на себя.

Запихнув Чашу обратно внутрь Муму, Линь Цие по памяти сверялся с нарисованной Идун картой темницы, отыскивая камеру Цзи Нянь. В этот момент по коридору навстречу ему кто-то пошёл.

Линь Цие мгновенно насторожился.

— Кхе-кхе-кхе… — это был крайне истощённый мужчина. Он бросил пару слов стражникам поблизости, развернулся и зашагал к выходу из темницы.

Они разминулись плечом к плечу, но тот так и не заметил присутствия Линь Цие и вскоре скрылся в конце коридора.

Линь Цие проводил его взглядом, чувствуя, как в груди зарождается сомнение.

Судя по осанке и походке, человек был ранен. Но зачем в таком состоянии спускаться в темницу? И главное: он вышел ровно с той стороны, где держали Цзи Нянь.

Так и не найдя ответа, Линь Цие на время выбросил эту мысль из головы и поспешил к камере девочки.

Вокруг было пусто: охранявших это место стражников, казалось, намеренно отослали. Линь Цие без помех вошёл в камеру и подошёл к Цзи Нянь.

Увидев покрывавшие её тело жуткие, частые следы пыточных орудий, он помрачнел, а во взгляде вспыхнул гнев.

— Цзи Нянь, — негромко позвал он, подойдя ближе.

Услышав своё имя из пустоты, Цзи Нянь вздрогнула. Она огляделась по сторонам, но никого не обнаружила, и на её лице отразилось искреннее недоумение.

— Линь Цие? Это ты? — узнав его голос, она тоже перешла на шёпот.

— Я. Я скрылся с помощью Чаши.

Цзи Нянь не удержалась от смешка:

— Только Сяонань ушла, теперь ты явился. Похоже, с друзьями у меня всё в полном порядке!

— Сяонань? Она приходила?

— Приходила, только что ушла. Правда, изменила внешность с помощью Обмана — выглядела как мужик, совершенно измождённый разгульной жизнью.

В памяти Линь Цие тут же всплыл силуэт, с которым он только что разминулся.

Так это была Сы Сяонань?

— Ты слишком тяжело ранена, — Линь Цие окинул взглядом её тело. — Они пытали тебя два дня, и ты так ничего им и не сказала?

— Сказать? С какой стати мне раскалываться? — презрительно фыркнула Цзи Нянь. — Думали, такой ерундой выбьют из меня, где спрятан Гьяллархорн? Слишком уж они меня недооценивают.

— А что вообще такое этот Гьяллархорн?

— Божественный артефакт Асгарда. В прошлый раз, когда я путешествовала по этим краям, заодно стащила его. Сейчас он в Утопии, — хихикнула Цзи Нянь.

— …Ладно, давай я сначала вытащу тебя отсюда, а там разберёмся.

— Не нужно меня спасать, — покачала головой Цзи Нянь. — Ты забыл про нашу задачу?

Линь Цие опешил.

— Если меня вытащат прямо сейчас, они тут же поймут, что в Асгарде завёлся предатель. А ты, проникший сюда вместе со мной, окажешься под прямым подозрением.

Сейчас Асгард наглухо запечатан. Даже если я сбегу из этой темницы, спрятаться будет негде, меня быстро найдут… И что тогда? Нас обоих запрут в камере, и некому будет выполнить задание: открыть Радужный мост и впустить богов Великой Ся?

Линь Цие замолчал.

Цзи Нянь была права. Стоит узнице сбежать из бездонной темницы, как боги Северной Европы перевернут весь Асгард вверх дном, и он станет главным подозреваемым. Это спугнёт змею в траве.

— Сначала выберемся отсюда. В крайнем случае я сменю личину, выход найдётся, — серьёзно произнёс Линь Цие.

— Ой, да брось ты, не беспокойся обо мне, — замотала головой Цзи Нянь. — У меня крепкое тело, да и душа особенная. Напрямую прочесть мою память они не способны, а уж этой плотской болью меня точно не сломить… Они со мной только зря теряют время.

Оставаясь здесь, я не просто отвлекаю их внимание, но и прикрываю тебя от подозрений.

Сяонань сказала, что Локи объявил о намерении через три дня пойти на прорыв в высший ранг. Времени у нас почти не осталось, нельзя рисковать ради меня.

Пиксельную рацию я тебе уже отдала, Сы Сяонань знает о твоём присутствии. Стоит вам встретиться снаружи и объединить усилия, как задача перестанет быть непосильной.

А от меня требуется всего лишь потерпеть здесь ещё пару дней. Вот ворвутся боги Великой Ся — тогда я в любом случае выберусь.

Локи собирается прорываться в высший ранг через три дня?

Взгляд Линь Цие стал предельно сосредоточенным.

Если слова Цзи Нянь правдивы, обстановка действительно накалилась до предела…

Он со сложным чувством посмотрел на девочку. Если он не ошибался, именно по этой причине Сы Сяонань только что ушла одна.

— Ты точно справишься? — нахмурившись, спросил Линь Цие.

Цзи Нянь хмыкнула и с укоризной бросила:

— А что, сомневаешься во мне?

Идите и выполняйте задание. Подумаешь, царапины да синяки, велика беда!

Если тебе правда неловко передо мной, тогда расти быстрее и забери меня домой пораньше.

***

Кхм-кхм, сегодня у Саньцзю день рождения! Спустя целый год попросить о скромном подарке ведь не зазорно, а?~~ (собачья мордочка)