Глава 1408. Пилюля изгоняет скверну

Услышав эту небрежно брошенную фразу Толстяка Байли, все разом застыли.

— Небесный Достопочтенный?! — первым опомнился Линь Цие и резко повернул голову туда, куда указывал силуэт.

Над вздымающимися морскими волнами фигура даоса со шпилькой в волосах слегка колыхнулась и растаяла в воздухе, а в следующий миг возникла прямо перед Линь Цие и остальными!

На столь близком расстоянии Линь Цие отчетливо разглядел знакомое лицо — перед ними стоял не кто иной, как Изначальный Небесный Достопочтенный, с которым ему уже доводилось встречаться несколько раз!

Изначальный Небесный Достопочтенный стоял на поверхности моря, глядя на то, как Линь Цие и его спутники барахтаются в воде по-собачьи. Во взоре этого владыки Великой Ся, знающего сокровенные тайны прошлого и настоящего, промелькнули редкое замешательство и недоумение…

— Вы… чем вы здесь занимаетесь?

Линь Цие: …

В повисшей неловкой тишине Линь Цие долго молчал и наконец выдавил:

— Мы… тренируемся.

— Да-да, точно, мы тренируемся! — поспешно поддакнули остальные.

Выражение лица Изначального Небесного Достопочтенного стало довольно странным. Поразмыслив мгновение, он все же взмахнул широким рукавом, накрыв им Линь Цие и остальных:

— У меня к вам дело. Отложите пока тренировку.

От взмаха рукава Линь Цие и остальные почувствовали, как мир закружился перед глазами. Их выдернуло из морской воды и в то же мгновение опустило на мягкий песчаный берег.

— А? Вы как здесь…

Ожидавший на пляже Ли Кэнцян опешил, увидев, как Линь Цие со спутниками возникли словно из ниоткуда. Не успел он договорить, как рядом с ними появился даос.

Слова Ли Кэнцяна оборвались на полуслове.

Взглянув на даоса, он тут же стер с лица всякую шутливость и с глубоким почтением произнес:

— Ли Кэнцян из отряда «Героические духи» приветствует Изначального Небесного Достопочтенного.

— Вольно, — слегка кивнул Изначальный Небесный Достопочтенный и, вспомнив недавний вид группы, с недоумением спросил: — Кстати, чем они там занимались? Сказали, будто тренировались?

— Э-э… ну, это…

Ли Кэнцян неловко кашлянул пару раз, на мгновение потеряв дар речи.

— Старший Ли подготовил для нас тренировку сердечного барьера, — загробным голосом произнес Толстяк Байли. — Помимо «всеобщего заплыва по-собачьи на звание самого медленного», там еще танец в юбках из травы, забег на руках вниз головой, чжацзиньхуа…

Слушая обиженный, полный скрытой горечи голос Толстяка Байли, Изначальный Небесный Достопочтенный состроил весьма озадаченную мину. Он взглянул на потупившегося и молчавшего Ли Кэнцяна, но расспрашивать дальше не стал.

— Линь Цие, — повернулся Изначальный Небесный Достопочтенный к стоящему рядом юноше и достал из складок одеяния коробочку для пилюль: — Ян Цзянь и Сунь Укун выпросили у Небесного Достопочтенного Даодэ эту пилюлю ради тебя. Бедный даос прибыл сюда, чтобы передать ее тебе.

Линь Цие замер на месте.

— Но… мои уши уже почти прошли, — Линь Цие принял коробочку.

В Асгарде грохот чудовища, призванного Чашей, повредил барабанные перепонки Линь Цие. После возвращения в Великую Ся Ян Цзянь вместе с Сунь Укуном отправились на Небесный двор просить лекарство для Линь Цие. Однако прошло уже столько времени, что его слух почти полностью восстановился.

Изначальный Небесный Достопочтенный покачал головой:

— Кем бы ни была тварь, ранившая вас, ее происхождение отнюдь не простое. И твоя рана — это не просто лопнувшие перепонки… Не только ты: когда Ян Цзянь и Сунь Укун вернулись на Небесный двор, их раны казались затянувшимися, однако в самой глубине их душ остался крайне зловещий корень хвори. Если бы бедный даос случайно не разглядел его, они оба до сих пор пребывали бы в неведении.

— Вы хотите сказать, что всем, кто подвергся атаке того звука, неосознанно был посажен корень хвори? — нахмурился Линь Цие. В его памяти вновь всплыла исполинская пасть-водоворот, вырвавшаяся из туч.

По правде говоря, на душе у Линь Цие тоже было неспокойно. В тот миг звук действительно разорвал его барабанные перепонки и временно лишил слуха. Но его тело вкусило бессмертный персик и прошло через крещение ци судьбы — столь незначительная рана должна была затянуться в кратчайшие сроки.

Однако даже после возвращения в Великую Ся и приема духовных снадобий рана так и не зажила окончательно. Будь это обычное повреждение перепонок, такого бы точно не случилось.

— Именно так, — кивнул Изначальный Небесный Достопочтенный. — Сейчас корень хвори в телах Ян Цзяня и Сунь Укуна полностью изгнан. Если оставить его в твоем теле без внимания, в ближайшее время ничего страшного не произойдет, но однажды в будущем он может обернуться смертельной угрозой. Небесный Достопочтенный Даодэ изготовил эту пилюлю специально для тебя. Она не только целиком изгонит засевшую внутри хворь, но и принесет пользу твоему телу. Прими ее.

Линь Цие кивнул и тут же открыл коробочку в руках.

Струящаяся духовная энергия потекла из щелей коробочки. В самой середине тихо покоилась молочно-белая пилюля, и густой целебный аромат ударил Линь Цие в нос.

Взяв пилюлю двумя пальцами, Линь Цие с любопытством оглядел ее.

Он впервые соприкасался с настоящей пилюлей Небесного двора. Интересно, похожа ли она на те бессмертные пилюли из книг, от одного кусочка которых воспаряют к небесам и становятся ровесниками Небу и Земле?

Едва эта мысль мелькнула в голове, как он сам же ее и отверг. Мифы и легенды — всего лишь предания. Сумей Небесный двор запросто раздавать пилюли такого уровня, Великая Ся меньше чем за месяц раскатала бы остальные божественные царства в лепешку.

Пилюли Небесного двора, возможно, и обладали чудесными свойствами, но уж точно не столь преувеличенными, как в преданиях. В конце концов, тогда Небесный Достопочтенный Линбао потратил тысячи лет и положил неисчислимое количество сил, чтобы выплавить всего две пилюли — «Вечную жизнь» и «Нерушимость».

Линь Цие проглотил пилюлю и почувствовал, как теплый поток устремился во все уголки его тела. Он тут же опустился на песок, скрестив ноги, и принялся следить за направлением этого тепла.

Для окружающих это выглядело так: по коже Линь Цие пробежали лучи слабого мерцания, быстро охватившие все тело… Стоявший рядом Ань Цинъюй поправил очки, с живым интересом наблюдая за происходящим.

Хлоп!.. —

Внезапно из тела Линь Цие раздался четкий звук!

Линь Цие резко распахнул глаза, согнулся и начал давиться сухими позывами к рвоте. Спустя мгновение из его горла хлынула густая черная жижа.

Увидев это, Цао Юань и остальные подсознательно отшатнулись на полшага, нахмурившись:

— Что это за дрянь?..

Плеснув на песок, жижа не растеклась, как вода, а стремительно собралась воедино, превратившись в извивающуюся сгустком тень, и со всех ног рванулась к плещущемуся в паре шагов морю!

Изначальный Небесный Достопочтенный словно предвидел это: он щелкнул пальцами по воздуху, и комок прозрачного пламени окутал черную жидкость, принявшись яростно ее сжигать!

Из огня донесся жуткий, пронзительный визг. Сгусток жидкости яростно извивался и корчился в муках, точно живое существо. Но по мере того как огонь разгорался все ярче, он в конце концов обратился в струйки дыма и бесследно истаял…

Как только эта жижа покинула тело, лицо Линь Цие на глазах налилось румянцем, а затем, под действием целебной силы, вновь обрело здоровый светлый оттенок.

Его тяжелое дыхание выровнялось, а духовная сила, подпитываемая остаточным действием пилюли, стала стремительно расти!

Спустя какое-то время Линь Цие медленно приоткрыл веки — его глаза сияли необыкновенно ярким блеском!