Глава 5 — Связанный пленник

Сознание вернулось вместе с тупой болью в затылке.

Му Вон несколько раз моргнул, попытался сесть и только тогда понял, что руки и ноги стянуты верёвкой.

— Где я?..

Вокруг было сыро, душно и совершенно темно. Но запах извести, старого дерева и затхлой земли он узнал быстро. Во Вратах оставалось не так много помещений с таким воздухом.

Старый тюремный корпус.

— Очнулся наконец.

Вспыхнул факел. После темноты свет полоснул по глазам, и Му Вон на несколько секунд зажмурился. Голос, впрочем, он уже узнал.

Напротив сидел Чан Пэ Сан.

За его спиной стояли Со Му Сан, Вон Джок Сим, Ю Гён Чхон и ещё несколько бойцов третьего отряда.

Му Вон оглядел верёвки, людей и каменную комнату.

— Понятно. Меня похитили. Причём прямо у меня под домом.

Пэ Сан ухмыльнулся, показав жёлтые зубы.

— Быстро соображаешь.

— Значит, это вы придумали?

— Угадал.

— Тогда объясните зачем.

— Сам не понимаешь?

Му Вон поднял на него взгляд.

— Хочу услышать. Интересно всё-таки, зачем гость похищает хозяина, а потом запирает его же в собственной тюрьме.

— Ты посмотри на него. Я думал, тихий сопляк, а глаза как у гадюки.

Чан Пэ Сан встал и подошёл ближе. При его росте и ширине плеч маленькое помещение сразу стало теснее.

Он грубо взял Му Вона за подбородок и заставил поднять лицо.

— Из-за тебя мы три года будем гнить в этой сраной глуши. Значит, пора тебе хоть чем-нибудь нас отблагодарить.

— Отблагодарить?

— Именно.

— За что? Я вас сюда не звал. Это Облачный Небосвод прислал вас следить за мной.

У Пэ Сана дёрнулась щека.

— Не нравится мне, как ты смотришь. Для начала надо бы выбить из тебя этот взгляд. Потом поговорим.

Он кивнул одному из людей.

Но Джи Гван шагнул вперёд с заметным удовольствием. В третьем отряде его считали человеком, который умел причинять боль и не задавал лишних вопросов. Для Чан Пэ Сана он был почти идеальным подручным.

— Начнём без спешки, малыш.

Из-за пазухи появился маленький нож. Вместе с рукоятью он был не длиннее детской ладони, зато лезвие отточили до синевы.

Но Джи Гван легко провёл им по тыльной стороне руки Му Вона.

Кожа разошлась без сопротивления. Боль пришла только после того, как на руке выступили первые капли крови.

Му Вон втянул воздух сквозь зубы.

— А-а... Сука.

— Я этому ремеслу специально не учился, — довольно сказал Джи Гван. — Просто рядом с командиром всякого насмотришься. Но чтобы разговорить такого щенка, большого мастерства не надо.

Холодное лезвие коснулось кончика пальца.

Му Вон невольно дёрнулся. Только глаза оставались прежними.

— Вы уверены?

— В чём именно?

— Что после этого останетесь живы.

Но Джи Гван рассмеялся.

— Ты сирота. Тут за тобой никто не стоит. Сдохнешь сегодня — может, и через год никто не спросит.

— Если вы действительно так думаете, то вы просто идиот.

Улыбка исчезла.

*Резкий тычок.*

Нож вошёл между ногтем и пальцем.

Му Вона выгнуло всем телом. Зубы застучали, в глазах мгновенно выступили красные сосуды.

— Ну? — прошипел Джи Гван. — Кто здесь идиот? Повтори.

— Вы... идиот.

— Ах ты мелкая мразь.

Он повернул лезвие.

Ноготь начал отходить от живого мяса.

Боль оказалась такой, что крик застрял где-то внутри. Му Вон только распахнул глаза и затрясся. Несколько стоявших рядом мужчин отвернулись.

— Ещё раз, — потребовал Джи Гван. — Скажи мне в лицо.

Му Вон какое-то время не мог выговорить ни слова. Потом поднял голову.

— Идиот... Вы уже одной ногой в могиле, а даже не поняли этого.

— Да я тебя, пиздюка...

— Знаете, почему Облачный Небосвод оставил меня в живых?

Вопрос ударил сильнее ругани.

Но Джи Гван замер. Чан Пэ Сан тоже.

До этой мысли они действительно не дошли. Слишком увлеклись несуществующим сокровищем.

Му Вон говорил тяжело. Он прокусил губу, по подбородку стекала кровь, пальцы тряслись от боли. Но взгляд от Джи Гвана не отвёл.

— Думаете, люди, которые служили здесь до вас, были добрее? Или глупее? У них было два года, чтобы сделать со мной всё, что захотят. Почему они не сделали?

Но Джи Гван невольно отступил на полшага.

Вместо него вперёд вышел Чан Пэ Сан.

— Неплохо. Даже сейчас пытаешься нас напугать. Только зря. Хочешь, чтобы боль прекратилась, — говори, где спрятано наследство. Чем дольше молчишь, тем хуже тебе будет.

— Вы правда считаете это пустой угрозой?

— Считаю.

Пэ Сан раздражённо махнул Джи Гвану: продолжай.

Тот снова поднёс нож к изуродованному пальцу, но Со Му Сан сделал шаг вперёд.

— Командир. Сначала выслушаем его.

— И ты повёлся? Он несёт первое, что пришло в голову, лишь бы его перестали резать.

Пэ Сан отмахнулся.

Му Вон повернул голову к Му Сану.

— А вы тоже так думаете? Что я ради нескольких минут без боли выдумал какую-то страшилку?

Со Му Сан встретил его взгляд.

Подросток был на пределе. Тело тряслось, лицо побелело, дыхание срывалось. Убить его сейчас не составляло никакого труда.

Но страха в глазах не было.

Му Сан видел взрослых мастеров, которые под угрозой смерти ломались быстрее. У пятнадцатилетнего мальчишки перед ним взгляд оставался ясным.

«Что с ним не так?»

Он снова обратился к командиру.

— Дайте ему сказать. Продолжить допрос мы всегда успеем.

— Му Сан...

— Осторожность ничего нам не стоит.

— Я тоже за, — подал голос Ю Гён Чхон.

— И я, — быстро добавил Джок Сим.

По лицам остальных было видно: они согласны.

Чан Пэ Сан выругался себе под нос и присел перед пленником.

— Ладно. Только соврёшь — я забуду и про деньги, и про трактаты. Порублю тебя на куски и выброшу в степь. Волки будут в восторге.

Му Вон едва заметно усмехнулся.

— Угрожают не так.

— Ах ты...

— Лучше ответьте на вопрос. После смерти моего отца у Облачного Небосвода были сотни возможностей убрать меня тихо. Но они не убрали. Почему? Что во мне такого ценного? Или вы всерьёз полагаете, что Призрачный Чжугэ Сомун Хва, один из Девяти Небес, просто не догадался о том, что пришло в голову вам?

Имя Сомун Хва мгновенно изменило атмосферу.

Для Чан Пэ Сана это был человек недосягаемой высоты. Не тот, чьи решения обсуждают младшие служащие внешнего двора.

— Следи за языком, мальчишка.

— Я заложник, — сказал Му Вон. — Причём достаточно ценный.

Он улыбнулся окровавленными губами.

От этой улыбки мужчинам стало не по себе.

— Заложник кого? — спросил Пэ Сан.

— Подумайте сами. Для кого моя жизнь может что-нибудь значить.

Слова были простые, но попали точно. Чан Пэ Сан замолчал. Даже Со Му Сан начал перебирать возможные ответы.

На первый взгляд — ни для кого.

После исчезновения Тайной Ночи силы Центральных Равнин давно перестроились. Облачный Небосвод прочно стоял над остальными. Девять Великих Школ и Пять Великих Кланов сохраняли прежнее влияние. Ни одной из этих сил Джин Му Вон не был нужен.

Оставались только павшие Врата Северного Неба.

И их люди.

Четыре Столпа после распада Врат без особых препятствий вошли в Центральные Равнины. Другие школы закрыли глаза на их появление именно как на плату за участие в уничтожении прежней северной силы. Большая часть бывших бойцов последовала за ними.

Но не все.

Многие разошлись по Поднебесной сами. Они лишились дома и общей структуры, однако мастерство никуда не исчезло. Если такие люди однажды решат, что Облачный Небосвод убил последнего наследника Врат, последствия могут оказаться неприятными.

А если вслед за ними заволнуются те, кто теперь служит Четырём Столпам, самим Столпам придётся реагировать.

Мир боевых искусств выглядел спокойным только издали. На деле равновесие держалось на слишком многих взаимных уступках.

Чан Пэ Сан вдруг понял, куда ведёт разговор.

Если смерть Джин Му Вона станет искрой, способной качнуть эту систему, никто наверху не станет разбираться, из-за какого спрятанного сундука мелкий командир внешнего двора решил рискнуть чужой жизнью.

— Вот же... — выдохнул он.

Му Вон заметил перемену.

— Наконец поняли.

— Ты...

— Если здесь действительно оставались сокровища или тайные трактаты, Облачный Небосвод позволил бы им лежать два года? Всё ценное давно вывезли. Меня оставили не поэтому. Я нужен живым. И обращаться со мной как с мясом тоже не стоит. Стоит слуху о моей смерти дойти до Центральных Равнин — начнут двигаться Четыре Столпа. А после этого вы можете считать себя покойниками, даже если пока ещё дышите.

В комнате стало тихо.

Особенно плохо выглядел Но Джи Гван. Он уставился на окровавленный палец Му Вона так, будто только сейчас понял, кому собственноручно сорвал ноготь.

— Значит, по-твоему, мы уже влипли? — спросил Пэ Сан.

— Теперь понимаете, во что влезли.

— А если просто убить тебя и никому не сказать?

Му Вон вытянул шею.

— Попробуйте. Потом посмотрим, сколько сможете скрывать труп человека, которого обязаны охранять.

Чан Пэ Сан не двинулся.

Он мог убить мальчишку за секунду. Но что дальше? Сбежать на Центральные Равнины? Облачный Небосвод найдёт их в любом месте. Для людей его уровня Небосвод был почти равен самой Поднебесной.

Му Вон дал паузе затянуться.

— Сейчас вы развяжете меня, обработаете руку и отведёте домой. Что делать с вами дальше, я решу потом.

Пэ Сан сжал кулаки.

Разум уже принял поражение. Гордость ещё сопротивлялась.

Со Му Сан наклонился к нему.

— Даже если половина сказанного ложь, отпустить его всё равно разумнее.

— Чёрт...

— Мы уже обыскали Врата. Здесь нет ни денег, ни тайных трактатов. Есть только он. Убить подростка легко. Если из-за этого ударят по нашим семьям, назад уже ничего не вернёшь.

На лице Чан Пэ Сана заходили желваки.

Наконец он отвернулся.

— Развязать. И отведите его в комнату.

Верёвки сняли.

Му Вон поднялся не сразу. Он прижал здоровой рукой изуродованный палец; кисть ходила мелкой дрожью.

Перед выходом он посмотрел на Пэ Сана.

— Этот долг я не забуду.

— Сегодня ты уходишь. Но если когда-нибудь перестанешь быть кому-то нужен, я сам сверну тебе шею.

— Если сумеете.

Му Вон сделал шаг, потом остановился.

— И ещё одно.

— Что?

— Это мой дом. Вы здесь нежеланные гости. Так ведите себя хотя бы как гости. Хватит рыться в моей комнате. Вы уже видели, что там один хлам. Не тратьте попусту ни своё время, ни моё. Оставите меня в покое — я пока забуду о сегодняшнем.

Чан Пэ Сан зло усмехнулся.

— Ладно. Будет по-твоему. Но и ты запомни: ещё раз начнёшь действовать мне на нервы — плевать мне будет и на Облачный Небосвод, и на твои мёртвые Врата. Прикончу на месте.

Му Вон коротко хмыкнул и пошёл к двери.

Возле Со Му Сана задержался. Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

Потом Му Вон вышел.

За дверью он сделал ещё несколько шагов и только тогда позволил себе согнуться.

*Тяжёлый выдох.*

Воздух вырвался из груди рывком.

Пока рядом стояли те люди, он почти не давал боли добраться до сознания. Теперь палец пульсировал так, будто в нём билось отдельное сердце. Всего один сорванный ноготь — а тело отказывалось слушаться.

Именно это открытие испугало сильнее самого допроса.

Человеческое тело оказалось намного слабее, чем Му Вон привык думать. Небольшой кусок стали и несколько правильных движений могли лишить человека способности сопротивляться. Если бы желание выжить хоть на миг оказалось слабее, он бы не решился на отчаянный блеф перед Чан Пэ Саном.

«Ценный заложник... Какая чушь».

Му Вон прекрасно знал, что говорил почти наугад.

Врата Северного Неба уничтожены. Четырём Столпам куда выгоднее удерживать под контролем собственных людей, чем поднимать шум из-за судьбы сына Джин Гван Хо. Умри Му Вон — они, скорее всего, лишь внимательнее присмотрят за бывшими бойцами Врат.

Но Чан Пэ Сан этого не знал.

Этого оказалось достаточно.

Му Вон выпрямился.

Никто не собирался беречь его жизнь. Значит, придётся беречь себя самому. Сначала выжить здесь, на собственной земле. Только живой человек может однажды выбраться отсюда и подняться выше.

Роняя на землю капли крови, Джин Му Вон медленно пошёл к своему павильону.

Позади него тянулась длинная чёрная тень.