Глава 1092. Последний бой

Бум-м-м!..

Чудовищная круговая взрывная волна с грохотом вырвалась наружу, взяв Линь Цие в центр.

Стремительно приближавшаяся Исида будто что-то почуяла; её лицо резко переменилось. Она вскинула нефритовую ладонь и, рассекая волну и клубы пыли, обрушила её туда, где находилась грудь Линь Цие!

Но навстречу сквозь пыль метнулась другая ладонь — к которой уже возвращался живой цвет — и столкнулась с её рукой!

Грохот-т-т!..

Оглушительный, сотрясающий небо и землю взрыв раздался между двумя ладонями. Земля на несколько ли вокруг божественной стелы защиты государства резко осела на несколько метров!

Завывающий шквал разорвал метель в клочья, мгновенно выбив из этой области весь ветер и создав мёртвый вакуум. В падении снежинок тоже образовался провал, и лишь спустя десяток секунд снег вновь начал сыпаться с небес.

В то же мгновение вдали, у рукояти лежавшего на земле меча Небесных Густых Облаков, внезапно сгустилась ночная тьма. Раздался звон клинка — и меч Небесных Густых Облаков обратился полосой света. Вспышка на миг прорезала небесный свод, начисто отсекая тонкую нефритовую руку Исиды прямо с запястьем. Срез остался гладким, словно зеркало.

Зрачки Исиды резко сузились. Её тело отпрянуло назад на сотню метров; пустив в ход силу жизни, она попыталась восстановить запястье, но против раны, оставленной мечом Небесных Густых Облаков, та оказалась бессильна.

Кровь непрерывно капала из культи на землю. Нахмурившись, Исида вскинула взгляд и увидела фигуру, неторопливо шагавшую вперёд с клинком в руке.

Кружащий снег яростно вился вокруг его обугленного тела. Ценой полного истощения потенциала под действием «Зова духов и богов» духовная сила Линь Цие стремительно росла ступень за ступенью, одним махом сокрушив барьер ранга «Клейн» и ненадолго вступив в пределы Предела человечества.

Раны на его теле стремительно затягивались. Вскинув руку к Пустоте, он потянул за невидимый край — и ночная тьма со звёздами обратилась мантией, опустившейся ему на плечи.

Глаза Линь Цие сияли нестерпимо ярко.

На самом деле силы «Зова духов и богов» было недостаточно, чтобы позволить человеку перешагнуть этот барьер и ступить в Предел человечества.

Пик ранга «Клейн» изначально являлся абсолютным пределом действия этого препарата.

Однако в тот самый миг, когда незримый барьер готов был остановить его возвышение, пробудилась иная сила, помогшая преодолеть преграду и войти в сферу Предела человечества.

«Небесный стихотворец».

«Небесный стихотворец»: у поэзии есть душа. Стоит прочесть строку, нашедшую отклик в сердце, как окружающий мир подчинится её смыслу; и чем сильнее этот внутренний резонанс, тем больше воздействие на реальность.

Строки, которыми Линь Цие прежде пытался сдержать Бога ветра и Богиню жизни, были хрупки не только из-за его тогдашнего ранга — куда важнее было то, что его сердце не могло слиться со стихами в едином резонансе.

Но те четыре строки клятвы были иными.

Это была первая клятва каждого, кто становился Ночным стражем, и прощальная песнь бесчисленных бойцов перед тем, как отдать жизни на поле брани!

Пройдя этот путь, Линь Цие повидал множество Ночных стражей. Их сияющие благородные качества оставили в глубине его сердца неизгладимый след, а перед тем, как произнести слова присяги, он разрешил свой последний внутренний узел, обретя кристальную ясность духа.

Это состояние вкупе с безвыходностью положения довели резонанс его сердца с четырьмя строками клятвы до чудовищной силы!

Сочетание «Небесного стихотворца» и предельного истощения потенциала от «Зова духов и богов» позволило Линь Цие одним шагом переступить порог Предела человечества и по уровню силы вплотную приблизиться к божественной сфере!

Линь Цие не знал, насколько он силён прямо сейчас, но судя по одной лишь ауре, он уже ни в чём не уступал Цзо Цину.

Разумеется, за всё приходилось платить.

Линь Цие прекрасно понимал: последствия поочерёдного вмещения душ двух богов вкупе с истощением всех сил от «Зова духов и богов» означали одно — каким бы крепким ни было его тело, как только действие иссякнет, шансов выжить у него не останется вовсе.

Это была его, Линь Цие, последняя битва.

Взгляд Линь Цие упал на божественную стелу, по которой продолжали подниматься побеги. Едва слышно прошептав стихотворную строку, он заставил бушующее пламя вырваться из самого подножия. Огонь метнулся вверх по стеблям, в мгновение ока охватив всю божественную стелу защиты государства!

Стела была рождена из могущества богов и обладала несокрушимой твёрдостью — сколько бы огонь ни бушевал, он не мог причинить ей вреда. Но вот ростки, пустившие корни и высасывавшие её силы, начали увядать и сохнуть в пламени.

Языки огня лизали уходящую в облака стелу, окрашивая небо в багровый цвет. Линь Цие, укутанный в мантию ночи, возник у подножия; первозданный мрак стремительно пожирал небо над его головой.

Глядя на горящую стелу, Исида вспыхнула яростью:

— Жалкий смертный, ты сам ищешь смерти!

Под напором божественной силы её зелёное одеяние яростно взметнулось на ветру. Вскинув правую руку, она с силой ударила оземь, и во взгляде её сверкнула леденящая жажда убийства!

Грохот-т-т!..

Божественная сила жизни безудержным потоком хлынула в землю. За считанные мгновения из тверди скальных пластов вырвались растения исполинских размеров. Травины высотой более ста метров извивались гигантскими питонами; пять толстых шипастых стволов взмыли ввысь, беря Линь Цие в кольцо, а затем согнулись, словно пальцы великана, намереваясь раздавить его в кулаке.

Под властью Богини жизни бесплодная снежная равнина обратилась обителью первобытного неистовства и смертоносной бойни.

— И что с того, что смертный? Сейчас ты... не способна убить даже смертного.

Фигура Линь Цие мерцала среди зелёных зарослей, лицо его оставалось совершенно спокойным. Вскинув взгляд к звёздам, рассыпанным по ночному небу над головой, он едва заметно разомкнул губы:

— «Падение тысячи звезд».

Стоило звуку его голоса сорваться с губ, как звёзды яростно содрогнулись. Обратившись звёздным дождём, они рассекли небосвод и ринулись прямо к земле.

От трения о воздух звёзды превращались в пылающие колоссальные болиды. С оглушительным грохотом они обрушивались на беснующиеся заросли, разрывая их в клочья, и от непрерывных взрывов равнину усеяли один за другим метеоритные кратеры.

Хаос разрывов и пожаров окрасил зелёные одежды Исиды алым. Нахмурившись, она только собиралась предпринять что-то, как из бушующего рядом пламени вынырнул силуэт в чёрном. Сжимая клинок в руке, Линь Цие вспорол сиянием воздух, целя прямо в её белоснежную шею!

Ощутив грозную ауру меча Небесных Густых Облаков, Исида прищурилась. Её ноги словно приросли к земле, а торс неестественно изогнулся назад под немыслимым углом, уходя из-под лезвия.

В то же мгновение её рука резко перехватила Линь Цие за запястье руки с мечом.

Хлынувшая божественная сила жизни породила мириады ростков, пробившихся прямо из правой руки Линь Цие и стремительно поползших к плечу и телу. Линь Цие почувствовал, как его движения снова сковывает, а вся рука деревенеет.

Сузив глаза, он левой рукой сжал призванный из пустоты Звёздный клинок и без тени сомнений отсёк собственную проросшую зеленью правую руку вместе с костью!

Хлынула кровь. Отрубленная рука вместе с мечом Небесных Густых Облаков пробила землю и рухнула в глубины к самому ядру.

Стиснув зубы от жгучей боли, Линь Цие активировал вспыхнувший под ногами второй магический круг. Тень синего кота взмыла от земли, целясь впиться зубами в тело Исиды.

Треск-к-к!..

Из туч со страшным грохотом ударила ветвистая, яростная молния.