Глава 1111. Схождение в смертный мир

Несколько дней спустя.

Тук-тук-тук!..

Ань Цинъюй негромко постучал в дверь.

— Войдите.

Из-за двери донёсся голос Линь Цие. Ань Цинъюй толкнул створку и увидел во дворе полуобнажённого по пояс юношу, ловко крутившегося на брусьях.

Заметив вошедшего Ань Цинъюя, тот сразу спрыгнул на землю. По рельефной спине струился пот. Подхватив лежавшее рядом полотенце, Линь Цие утёр лоб и спросил:

— Цинъюй? Что-то случилось?

— Нет, я просто пришёл посмотреть, как идёт восстановление, — в глазах Ань Цинъюя мелькнул серый отблеск, и он улыбнулся: — Вижу, всё в порядке.

— Да, физически я уже вернулся к прежнему состоянию, а духовная сила даже немного выросла... — Линь Цие натянул верхнюю одежду и с облегчением выдохнул: — Пора. Нам нужно спускаться в смертный мир.

— Так срочно?

— Пожалуй, да, — вздохнул Линь Цие. — Вчера приходил Михаил и подгонял меня. Похоже, боится, что задержка приведёт к непредвиденным осложнениям.

— А как же Цао Юань?

— Как он?

— ... — Ань Цинъюй замялся: — Ты... лучше сам посмотри.

Линь Цие удивлённо вскинул бровь.

* * *

Спустя несколько минут оба уже стояли посреди восьмигранной беседки на озере.

— Хе-хе-хе... Ци... хе-хе-хе... Цие, ты при... хе-хе-хе... шёл?

Цао Юань сидел в центре беседки: то говорил нормально, то глупо хихикал. Половина его тела уже пришла в норму, а из другой всё ещё то и дело вырывалось чёрное пламя. Выражение лица при этом было донельзя странным.

Линь Цие потерял дар речи.

— И что это значит? — не удержался он от вопроса.

— Тайбай Цзиньсин сказал, что он подчинил себе уже половину Чёрного царя и миновал смертельную опасность. Но чтобы полностью вернуть контроль над телом, ещё потребуется время, — Ань Цинъюй беспомощно покачал головой. — Судя по всему, с нами он пойти не сможет...

— Значит, идём впятером? Тоже сойдёт.

— Скорее вчетвером.

Едва Линь Цие договорил, как из крытой галереи донёсся голос. Он обернулся и увидел приближавшихся Толстяка Байли и Шэнь Цинчжу.

Говорил как раз Толстяк Байли.

— Толстяк? В чём дело?

— Цие, я, наверное, не смогу пойти с вами, — Толстяк Байли почесал в затылке и виновато усмехнулся: — За Лао Цао нужно кому-то присматривать, я должен остаться.

— Разве здесь нет служанок?

— Это другое. Если мы уйдём, Лао Цао даже поговорить будет не с кем. Рядом должен быть кто-то свой, — настойчиво произнёс Толстяк Байли. — Да и к тому же вы ведь просто идёте забрать вещь, верно? С вами сам серафим Михаил, так что вернётесь быстро. А к вашему возвращению Лао Цао окончательно поправится, и тогда мы все вместе спустимся в смертный мир.

Линь Цие помедлил, бросил взгляд на глупо ухмыляющегося Цао Юаня и всё же кивнул:

— Ладно... Вчетвером так вчетвером, разницы нет.

— Хорошо, тогда я пойду соберу материалы опытов и сразу буду готов отправляться.

Ань Цинъюй развернулся и ушёл. Вскоре и Линь Цие покинул беседку: ему нужно было найти Михаила и согласовать время отправления.

Шэнь Цинчжу тоже собрался уходить, но ему на плечо легла ладонь.

— Братец Крутой, погоди, — окликнул его Толстяк Байли.

Шэнь Цинчжу оглянулся с недоумением.

— Возьми вот это, — Толстяк Байли вытащил из кармана чёрный нефритовый амулет и вложил ему в ладонь.

— Что это?

— М-м... Запретный предмет. Вроде Нефрита Обращения Небес, но куда сильнее, — объяснил Толстяк Байли. — Нефрит Обращения Небес может лишь отразить один удар по душе и спасти угасающую жизнь, а этот нефрит способен воскресить тебя девять раз.

— Воскресить девять раз? — Шэнь Цинчжу остолбенел. — Бывают такие запретные предметы?

Опомнившись, он тут же сунул амулет обратно в руку Толстяка Байли и покачал головой:

— Слишком ценная вещь. Оставь себе.

— Братец Крутой, в Небесном дворе она мне всё равно не понадобится, — осклабился Толстяк Байли и вновь силой всучил нефрит: — Считай, что ты снова мне задолжал... как в тот раз, когда я отдал тебе Нефрит Обращения Небес. Если не пригодится, вернёшь, когда придёшь обратно.

Раз уж разговор зашёл так далеко, Шэнь Цинчжу не стал больше отнекиваться и бережно убрал амулет.

— ...Спасибо.

* * *

Спустя полчаса.

Перед Южными Небесными вратами.

Линь Цие, Ань Цинъюй, Цзян Эр и Шэнь Цинчжу собрали вещи и были готовы в путь.

— А где Михаил? — с недоумением спросил Ань Цинъюй. — Разве не Он должен нас повести?

— Должен скоро появиться.

Линь Цие глянул на время и только открыл рот, чтобы что-то сказать, как в небе бесшумно возникла исполинская фигура ростом в десяток с лишним метров с шестью белоснежными крыльями. Она слегка повела оперением, мгновенно преодолев пространство, и застыла в воздухе.

В миг Его появления удушающее величие тяжким грузом опустилось на сердца Ань Цинъюя и остальных двоих!

Впрочем, это давление продлилось лишь долю секунды. Фигура шагнула вперёд, стремительно уменьшилась в размерах и обернулась обычным светловолосым мужчиной западной внешности, плавно опустившимся на землю. Лишь его золотые глаза, пылавшие точно раскалённые горнила, по-прежнему излучали трепетную, подавляющую мощь.

Его взгляд скользнул по троим спутникам Линь Цие.

Ань Цинъюй и остальные невольно отвели глаза, избегая прямого взгляда. Пусть даже Михаил постарался максимально скрыть своё величие, выдержать Его взор мог далеко не каждый.

Пожалуй, лишь Линь Цие, будучи Его представителем, мог естественно смотреть Ему в глаза и говорить с Ним на равных.

— Все в сборе, — первым заговорил Линь Цие. — Можем отправляться.

— Угу.

Михаил едва заметно кивнул.

Шесть огромных крыльев за Его спиной распахнулись, укрыв всех четверых. Ослепительный золотой свет хлынул подобно приливной волне, и в следующее мгновение все присутствующие исчезли.

* * *

Перед чертогом Линсяо.

Толстяк Байли в одиночестве стоял перед вратами чертога, глядя вдаль, в сторону Южных Небесных врат. Увидев, как их силуэты растаяли, он тяжело вздохнул.

— Не пойдёшь с ними? — неспешно раздался голос вышедшего из чертога Изначального Небесного Достопочтенного.

— Туда, куда они направляются, мне вход закрыт.

— ...И то верно.

Изначальный Небесный Достопочтенный помолчал немного и заговорил вновь:

— Я полагал, ты взял тот Нефрит Изначального Дао, чтобы защитить Линь Цие, а ты отдал его ему... Это ведь бесценное сокровище, способное девять раз возродить даже тело закона мироздания.

— Цие не нужна такая защита, а вот братец Крутой — другое дело, — Толстяк Байли замялся, его взгляд слегка посуровел. — К тому же сам не знаю почему, но у меня на душе как-то неспокойно...

— Твоё совершенствование ещё не вернулось, да и промысел Небес сейчас сокрыт. Быть может, это лишь игра воображения.

Изначальный Небесный Достопочтенный покачал головой.

Толстяк Байли ещё раз посмотрел туда, где исчезли его друзья.

— Будем надеяться.