Глава 1352. «Небесный стихотворец»

Туман.

Над бурлящими морскими волнами по небу пронеслась радужная вспышка.

Из этого сияния соткался хрупкий силуэт. Растрёпанные длинные волосы развевались на ветру. Девушка обернулась туда, где угасал радужный свет, и из её глаз неудержимо хлынули слёзы.

— Сестра… — сдавленно всхлипнула Скульд.

Будучи богиней «будущего» из триады норн, Скульд ясно ощущала, как ауры «прошлого» и «настоящего» угасли… Это означало лишь одно: Урд и Верданди погибли от руки Одина.

Скульд утёрла покрасневшие глаза, огляделась по сторонам и, выбрав направление, стрелой ринулась вперёд!

Она летела в сторону Великой Ся.

Раз уж сёстры ценой собственных жизней вырвали её из Асгарда, она не имела права оглядываться назад. Ей нужно найти Линь Цие.

Внезапно в её сознании отчётливо отозвался чистый звон струны.

Дон-н…

Скульд опешила и замерла в воздухе.

Она растерянно огляделась, но так и не смогла понять, откуда исходил звук… Откуда взяться звукам струн посреди непроглядного Тумана?

— Скульд?.. — в тот же миг прямо у неё над ухом раздался ещё один голос.

Скульд сразу узнала его.

— Брат Браги?! — радостно воскликнула она. — Где ты?..

— …К счастью, тебя они осквернить не успели… — Браги не ответил на её вопрос. На миг он умолк, а затем заговорил вновь: — Скульд, сейчас я оборву твою связь с первоосновой Асгарда. Что бы ты дальше ни услышала, не оборачивайся. Поняла?

Во взгляде Скульд промелькнуло недоумение. Она хотела было что-то сказать, но струна зазвенела вновь!

Дон-н!..

В самой глубине естества Скульд раздался отчётливый треск. Она потрясённо опустила взгляд на свои ладони.

— Асгард… — пробормотала она.

Она совершенно ясно ощутила, как оборвалась незримая нить, связывавшая её божественность с первоосновой Асгарда, а вместе с ней иссяк и нескончаемый поток силы веры, что она прежде черпала из неё.

Её… изгнали из ранга «Мифический» Северных Земель?

Скульд долго стояла как вкопанная, но в конце концов стиснула зубы и вновь на предельной скорости помчалась к Великой Ся.

Она не знала, что стряслось с Браги, не понимала, зачем он отсёк её от Асгарда, но твёрдо верила: Браги никогда не причинит ей зла.

Не успела Скульд пролететь и немного, как из небесной пустоты донёсся смутный перелив струн…

Это звучала арфа Браги.

Едва различимый, призрачный звон витал вокруг Скульд. Хотя целостной мелодии разобрать не удавалось, её сердце внезапно затопила небывалая, раздирающая скорбь…

Скульд коснулась ладонью щеки и с удивлением обнаружила, что всё её лицо залито слезами.

— Брат Браги… — прошептала Скульд.

— Тебе…

…так больно?

***

На истерзанных руинах священной горы.

Кончики пальцев Браги слегка тронули струны арфы. Из закрытых глаз по щекам скатились две прозрачные слезинки.

Хотя несколько струн уже лопнули, стоило его пальцам провести по пустому месту, как в воздухе всё равно раздавался чистый звук… Словно рождался он не под пальцами на инструменте, а в самой глубине его сердца.

Грязные, изодранные одежды трепетали под кровавым дождём. Пронзительная, скорбная мелодия эхом разносилась над безжизненной землёй.

Дон-н…

Вместе со звоном струны из груди Браги вырвалось зыбкое призрачное сияние. В такт музыке оно закружилось в воздухе и стало собираться в белоснежные сгустки света.

Ореол вокруг этих сгустков дрогнул и рассеялся, являя сокрытые внутри белоснежные бумажные листы, что медленно опадали с небес, словно хлопья снега.

Линь Цие стоял среди этого бумажного снегопада. В замешательстве подняв руку, он поймал один из белых листков и опустил глаза на текст:

«16 апреля.

Моей вечной любимой, Идун.

Я получил твоё ответное письмо. Узнав, что у тебя всё хорошо, я спокоен. Хочу поделиться с тобой кое-чем: сегодня в лечебницу поступил новый пациент в сером балахоне. Выглядит он очень свирепо, а зовут его вроде бы Гильгамеш…»

Линь Цие пробежал взглядом по строчкам, и сердце его дрогнуло.

— Письма? — Линь Цие вскинул голову и ошеломлённо посмотрел на кружащийся вокруг Браги бумажный вихрь. — Это… всё письма?..

Прикинув навскидку, Линь Цие понял: из призрачного света соткалось больше двух тысяч писем — ровно столько, сколько хранилось на складе лечебницы.

Всё это… были письма, которыми Браги и Идун обменивались за всё это время.

Едва эти письма появились, как сквозь скорбную, щемящую мелодию арфы пробился смутный голос — тихий шелест декламации.

Линь Цие прислушался и понял: голос зачитывал строки, начертанные на этих листах.

— Неужели… — Догадка обожгла рассудок Линь Цие, и его зрачки сузились.

В воздухе кружилось всё больше бумажных страниц, и голосов, читавших их, становилось всё больше. Когда в небо поднялись все две тысячи писем, слитный шёпот сплёлся в громогласный хор, что покатился под сводами небес подобно неодолимому приливу!

«Моей вечной любимой: Идун…»

«Погода в лечебнице сегодня чудесная, а как там у тебя? Не холодно?..»

«Мне так хочется поскорее вылечиться, так хочется поскорее увидеть тебя…»

«Прошлой ночью мне приснился сон. Мне снилось, будто мы снова вернулись в тот сад…»

«Когда же мы сможем встретиться вновь?..»

«…»

Эти голоса сливались воедино, постепенно собираясь в собственный голос Браги. Каждый звук, каждый слог, срывавшийся с его губ, нёс в себе отзвук двух тысяч голосов. Вплетаясь в надрывную скорбь арфы, они обретали неодолимую силу чар, что разносилась по всем уголкам божественного царства Северных Земель.

На южной окраине Асгарда…

Несколько северных богов, чьи тела облепили наросты плоти, внезапно вскинули головы. Не открывая глаз, они обратили лица к священной горе, и их мучительные завывания разом смолкли.

Алые черви закопошились на их коже. Смежённые веки мелко задрожали…

И по бледным щекам потекли две кровавые слезы.

Эти северные боги, уже утратившие собственное сознание, будто вновь ощутили скорбь. Не отрывая лиц от священной горы, они безмолвно плакали.

***

Кое-кто говорит, что Саньцзю выпрашивает голоса без должного рвения… хм-м-м…

Раз так, Саньцзю изменит подход! С сегодняшнего дня: за каждый день, когда мы держимся на первом месте, Саньцзю в тот же день выдаёт залпом четыре главы! До конца голосования осталось около двадцати с лишним дней. Иными словами, если вы поднажмёте, Саньцзю будет выдавать по четыре главы двадцать дней подряд — это же больше двадцати глав сверху!

Разве это не куда душевнее, чем выкатить пять глав только после победы? |ू･ω･` )

Главное — не уронить планку качества, а ради этого Саньцзю готов эти двадцать дней напролёт сидеть у экрана и строчить. Слово своё сдержу! Если уж сюжет застопорится или стрясётся что-то неотложное и четыре главы выдать не выйдет, вы всё запишите на мой счёт — как только всё закончится, Саньцзю непременно закроет все долги.

Саньцзю выложился по полной, теперь ваш черёд, читатели «Палача богов»! Если уж бороться, то только за первое место!!

Сегодня мы всё ещё вторые, но эти четыре главы Саньцзю дарит вам в знак серьёзности намерений. Вечером выйдут ещё две главы.

Каждый может отдать по три голоса в день, ссылка для голосования висит в посте Саньцзю в сообществе новеллы. Все на штурм!!

ᕦ(･ㅂ･)ᕤ