Глава 1378. Роды Байцзэ

— Ли Кэнцян?

Тан Минсюань нахмурился, смерив взглядом Линь Цие:

— Так ты и есть тот… командир особого отряда, о котором говорил командующий Не?

Увидев, что слова сработали, Линь Цие торопливо закивал.

В этой эпохе у них не было никакой возможности подтвердить, что они Ночные стражи. Самым верным решением было притвориться тем, кто уже существовал в этом времени…

Раз этот иллюзорный мир порождён воспоминаниями Ли Кэнцяна, значит, тот непременно лично участвовал в тех событиях. Назвав его имя, можно было добиться поразительного эффекта.

Судя по реакции Тан Минсюаня, ставка сыграла.

Выходит, Ли Кэнцян когда-то тоже возглавлял особый отряд?

— У тебя есть что-нибудь, подтверждающее твою личность?

Подумав мгновение, Линь Цие привычным движением призвал свой прямой клинок и взмахнул им перед Тан Минсюанем:

— Перед тем как нырнуть, я оставил эмблему на берегу. Этого достаточно?

Ань Цинъюй предупреждал, что эмблемы этой эпохи отличаются от их собственных, поэтому доставать её было нельзя.

Однако Си Ванму ранее упоминала, что ещё на заре создания Ночных стражей командующий Не Цзиньшань поднимался на Куньлунь и просил её выковать это табельное клинковое оружие. Значит, прямые клинки того времени ничем не должны отличаться от тех, что были у них.

При виде прямого клинка в руке Линь Цие настороженность во взгляде Тан Минсюаня немного угасла.

Не дожидаясь, пока тот заговорит, Линь Цие убрал клинок и невозмутимо произнёс:

— Мои бойцы сейчас бьются на берегу с сектантами из Церкви древних богов. Командир Тан Минсюань, полагаю, вам следует дать мне объяснение.

Линь Цие взвесил каждое слово. Он не стал спрашивать, что здесь делает Байцзэ или почему объявилась Церковь древних богов: он ведь не знал, сколько положено было знать здешнему Ли Кэнцяну. Поэтому он просто потребовал «объяснений»…

А уж что именно объяснять, Тан Минсюань додумает сам.

Тан Минсюань помолчал, затем медленно выговорил:

— Командир Ли, утаить от верховного руководства существование Байцзэ было моим личным решением. Остальные члены отряда тут ни при чём… Когда всё разрешится, я лично отправлюсь в город Шанцзин с повинной.

Услышав это, Линь Цие про себя обрадовался.

Похоже, от начала и до конца ни сам Ли Кэнцян, ни верхи Ночных стражей вообще были не в курсе… Так дело обстояло куда проще.

Линь Цие вздохнул:

— Командир Тан, вы, видимо, ещё не уяснили положение дел. Сейчас не время выяснять, кто виноват.

У реки Хуанпу собралась тьма сектантов Церкви древних богов. Сейчас от вас требуется начистоту, без утайки выложить мне всё от начала до конца. Иначе, если стрясётся беда, ни вам, ни мне эту ответственность не потянуть.

Тан Минсюань оглянулся на Байцзэ, тяжело дышавшего на дне реки. Лицо его выражало противоречивые чувства. Поколебавшись немного, он всё же заговорил:

— Началось всё пять лет назад…

* * *

Шур-шур-шур…

Из двух радиоприёмников перед Цао Юанем донеслись электромагнитные помехи. Опешив, Цао Юань первым позвал:

— Цзян Эр?

— Это я, Цинъюй, — раздался из приёмника озабоченный голос Ань Цинъюя. — Все слышат?

— Слышу, — отозвался Толстяк Байли.

— Я тоже слышу, — помедлив секунду, сказал Цао Юань. — Только вот Цие уже спустился на дно реки. Приёмник нельзя мочить, так что он пока у меня.

— Он уже внизу? — пробормотал Ань Цинъюй. — Всё-таки не успел…

— Что стряслось?

— Я просмотрел память бойцов 007-го отряда и кое-что выяснил. — Ань Цинъюй глубоко перевёл дух. — Раз Цие нет, слушайте внимательно, а как поднимется — передадите ему.

— Хорошо.

— На дне реки Хуанпу лежит беременная Байцзэ, готовая родить.

— Байцзэ? — опешил Цао Юань.

— Пять лет назад 007-й отряд обнаружил в низовьях реки Хуанпу израненную «мистику» на сносях. Сопоставив данные, они подтвердили, что эта «мистика» — легендарный Байцзэ Великой Ся…

Байцзэ одарён духом и способен говорить человеческим языком. По его словам, он уже был беременным, когда сошёл в этот мир. В пору вынашивания силы Байцзэ неимоверно падают, он становится хрупок и уязвим. Главная беда заключалась в том, что первоначально он явился вовсе не на территорию Великой Ся, а посреди Тумана.

Пробиваясь с боями, он сумел вернуться в пределы Великой Ся, а когда речные воды Длинной реки вынесли его сюда, он уже был на волосок от смерти. Только применив все доступные средства, бойцы 007-го отряда еле-еле спасли ему жизнь.

— Так эта Байцзэ до сих пор на дне реки Хуанпу? — недоумённо спросил Цао Юань. — Столько лет прошло, а она всё ещё не разрешилась от бремени?

— Бои в Тумане потревожили плод. Будучи божественным зверем Великой Ся, сулящим мир и процветание, он способен залечивать урон плода за счёт густого тепла людского дыхания и мирской суеты. К счастью, город Хуайхай густонаселён. За несколько лет восстановления на дне раны почти затянулись… По расчётам 007-го отряда, срок родов настал как раз в эти пару дней.

— Разве рождение потомства Байцзэ не благое знамение? При чём тут великая катастрофа?

— Само по себе это благо, но есть две трудности… Во-первых, во время родов Байцзэ взбаламутит окружающие речные воды, поднимет огромные волны и перепугает жителей по обоим берегам.

Впрочем, с этой бедой совладать просто: способность командира 007-го отряда Тан Минсюаня связана с водой. Пока он держит дозор на дне, он может усмирить реку Хуанпу, не допустив сильных последствий.

Во-вторых, во время родов основное тело Байцзэ чрезвычайно беззащитно. На него легко повлиять извне и ввергнуть в состояние безудержного буйства.

Ань Цинъюй сделал паузу и продолжил:

— Только что я изучил особую жидкость сектантов Церкви древних богов, которую мне передал Цие. Это снадобье, сваренное на основе огромного количества человеческой крови, причём спущенной с осуждённых на смерть убийц — в ней заключена невероятная свирепость и жажда насилия.

Если вылить такое снадобье из человеческой крови в реку Хуанпу, рожающая Байцзэ неминуемо подвергнется его воздействию. Это не только погубит плод в её утробе, но и позволит скверне проникнуть внутрь, отчего Байцзэ впадёт в слепую ярость.

А если Байцзэ начнёт буйствовать на дне реки Хуанпу… для всего города Хуайхай это обернётся сокрушительным бедствием.

— Церковь древних богов хочет осквернить детёныша Байцзэ, чтобы руками нашего божественного зверя Великой Ся истребить наш народ? — Глаза Цао Юаня оледенели. — Твари!

— Судя по слежке с помощью «рыбьего семени», не считая троих сектантов, которых убил Цие, оставшиеся пятеро уже подошли к реке Хуанпу. Они затерялись в толпе и молча наблюдают за водой.

Должно быть, они поняли, что на них открыли охоту, и намеренно не дают перебить себя поодиночке. Они выжидают, когда у Байцзэ начнутся схватки, чтобы ударить всем разом и прервать роды.

Ань Цинъюй глянул на часы:

— Если грядущее бедствие и впрямь вызвано буйством Байцзэ… то до появления детёныша на свет осталось не больше двух минут.